НОЧИ И ДНИ АСТЕРБОРНА

Надо было позволить тебе добраться до забора и уж там поймать.Усилием воли, Валерия подавила подкатившую панику. У неё оставался один, последний козырь. В буквальном смысле слова, в рукаве.  Правой рукой, с зажатым в ней клинком, она осторожно вытянула тоненькую нить, спрятанную в рукаве левой и захватила её левой же кистью.- Пожалуйста, - взмолилась она, выставив руки вперёд и подпустив в голос дрожащей плаксивости, - Не надо, прошу. Я заплачу, я сделаю всё, что ты скажешь, только не надо, пожалуйста.- Ууу, - в голосе монстра послышалось разочарование, - Да я тебя переоценила.

Ну что ж..., - Марта сделала шаг вперёд, подойдя к Валерии почти вплотную и тут Валерия резко дёрнула кисть левой руки вниз, приведя в действие спусковой механизм потайного пружинного мини-пистолета.Раздавшийся истошный вой явственно подтвердил, что на сей раз кровавый ангелочек не был иллюзией. Чудовище держалось за лицо, а сквозь пальцы струилась кровь. Её кровь.С нечленораздельным воплем, Валерия сделала выпад клинком, целясь туда, где как она надеялась, находится сердце, ещё раз и ещё, не особенно веря в успех, но твёрдо решив во что бы то ни стало не сдаваться, пусть даже ей придётся умереть с клинком в руке. Марта повалилась на землю, но Валерия всё продолжала кромсать её тело клинком, боясь, что сейчас она, как ни в чём не бывало, поднимется, как и положено чудовищу из страшных сказок, которыми дети пугают друг-друга по вечерам.Когда Валерия наконец смогла остановиться, перед ней вновь лежало хрупкое, женское тело. Марта была изувечена почти до неузнаваемости, но ничуть не отличалась от обычного человека.- Ну а что же было потом, - взяв со стола бутылку, Себастьян вновь наполнил бокалы. Валерия поблагодарила его кивком головы, после чего одни глотком опустошила его чуть ли не наполовину.- Полегче, - недоуменно произнёс Себастьян.- Знаешь, я даже опьянеть не могу, - сказала Валерия, сделав ещё один глоток, - А хотелось бы, впервые за последние годы.Она сидела в кресле, в своём кабинете, куда вовсе не надеялась вернуться, тем более так скоро. Напротив неё сидел её подчинённый, внимательно слушавший её рассказ о случившемся. В любое другое время Валерия предпочла бы другого собеседника, но сейчас Бойд, оправлявшийся после раны, метался в беспокойном, бредовом полусне, а Питер был там, где ему собственно и полагалось быть - в загородном доме. Ощутив острую необходимость кому-то выговориться, Валерия вдруг обнаружила, что выбор у неё весьма невелик.