НОЧИ И ДНИ АСТЕРБОРНА

Что можете сказать по этому поводу?

- Стряпчим он был, а не адвокатом. И ключевое слово - был, - я подвинул к Карстейлу лист бумаги, - Работал в конторе "Фрегг и партнёры", откуда его выкинули, как не удивительно, за продажу налево секретов своих клиентов. С таким багажом он не мог рассчитывать на работу по профессии, ну и в результате переквалифицировался. Я побывал у Фрегга. Там клянутся, что последние три года мерзавца никто не видел, но я полагаю, что кое-какие связи сохранились там, а может и не только там.

- Граф?

- Именно! - я щёлкнул пальцами, - Наводит на определённые мысли, не так ли?

- Что по поводу охранника?

- Тупой, здоровый кусок мяса. Звали Дейл Монрей, больше про него ничего сказать нельзя пожалуй. У Кляйнца была ещё пара таких, изредка брал их с собой на тяжёлые переговоры, но ровным счётом ничего им не рассказывал, а они и не спрашивали, да и всё равно едва ли сумели бы хоть что-то понять.

- Ладно, - Карстейл выпустил изо рта колечко дыма и задумчиво посмотрел на него, - Хорошо бы конечно ещё поработать над той конторой, но вы меня убедили. Я организую встречу с Альбрихтом. На его территории.

- Граф Альбрихт аристократ и по слухам, неплохо владеет клинком, - произнёс я, как бы между прочим.

- Вы собираетесь драться с ним на дуэли? - усмехнулся Карстейл.

- Я не об этом. Граф с весьма высокой долей вероятности может оказаться убийцей.

- Я понимаю о чём вы, - капитан вновь втянул табачный дым, взяв паузу, - Если будут улики, я добьюсь разрешения на его заключение. Но постарайтесь, чтобы это были действительно веские улики. Можете идти, я извещу, когда граф будет готов принять.

Надо отдать должное Карстейлу, он был конечно тот ещё формалист, а временами ещё и редкостный засранец, но когда нужно, умел решить вопрос, так что приём у графа состоялся уже на следующий день.

Особняк графа Альбрихта в три этажа, окружённый каменной стеной, высотой в полтора моих роста, был похож на небольшую крепость, напоминая о тех временах, когда графы и бароны самолично правили своими владениями, а король был лишь первым, среди равных.