Янтарь и Лазурит

Сюаньму застыл на месте, стараясь не шевелиться, и даже затаил дыхание. Молодая госпожа Ли тоже не издавала ни звука и молча наблюдала, как вдруг из-под комода послышалось очередное тихое «хлюп».

Сюаньму сунул руку в ворот халата и осторожно вытащил мешок, второй крепко сжал чётки, поднял указательный палец и поднёс его к губам. В полумраке чёрные чётки засветились бледно-голубым, как и глаза монаха.

— Явись.

— Пощадите! — едва разборчиво пробулькало существо.

Из-под комода потекла слизь, вслед за которой показалась тёмная бородавчатая голова, напоминающая жабью.

Молодая госпожа Ли и по-прежнему подглядывающая служанка сморщили лицо.

— Не убивайте, — вновь забулькало существо, но полностью вылезать не спешило.

— Что ты забыл в доме наших господ? — осмелела пухлая женщина и посветила фонарём, но от его вида в ужасе выскочила в коридор, завопила и убежала.

Сейчас сюда сбежится толпа… Этого ещё не хватало.

Сюаньму ловким движением руки распахнул мешок, а из чёток выпустил энергию, которая проникла под комод, сковала слабое существо и вытянула его оттуда.

— Не убивайте, — вновь прохныкало оно перед тем, как мешок закрыли.

— Монах, — с подозрением в голосе обратилась молодая госпожа Ли, — почему ты не спросил, что нужно этой твари?

Сюаньму крепко связал плотную ткань мешка, которая начала сжиматься, и уже в халат он спрятал его совсем маленьким — словно мешочек с деньгами.

— Я и так знаю, — спокойно произнёс он. — Вода в ручье грязная, он искал чистую, как в кувшине молодой госпожи Ли.

— Вот как, — с любопытством протянула она, как в следующее мгновение в покои прибежали слуги с криками:

— Дева Ли! Дева Ли! Вы не пострадали?!

Монах вовремя отошёл в сторону — толпа людей обступила кровать молодой госпожи и засуетилась, в их числе оказалась та же пухлая служанка и Цянцян — дочь женщины, которая и привела его сюда.

— Ты спас меня, монах… — она замялась, не зная его имени. — Как тебя называть?

— Сюаньму.

— Монах Сюаньму, — улыбнулась молодая госпожа Ли. — Чем я могу отблагодарить тебя?

— Мне ничего не надо, — по привычке ответил он и сжал губы, осознав, что пришёл сюда не за этим.