Кион-Тократ

Если мне не изменяет память, Садомиусу сейчас около двух тысяч лет, а Кицум Ванакис и того старше. Если повезет, когда-нибудь я тоже стану магистром. А пока больше ничего не могу тебе рассказать. Кстати, мы пришли. За колонной ты найдёшь дверь в комнату старика.

Артур направился в указанном направлении, но остановился, обнаружив, что Ларс не идет вместе с ним:

— Ты что? Не хочешь навестить учителя?

Такер замялся:

— Извини. Я и не говорил, что собираюсь к нему. Это твоя идея. Потом расскажешь, как прошёл ваш разговор, — пока Артур обдумывал его слова, Ларс поспешно отступил.

Видимо, он не хотел попадаться на глаза учителю после того, как возмутительно себя повёл при нападении демона. Юноша пожал плечами и открыл дверь.

Войдя в комнату, Смилодон увидел неприхотливое помещение, в центре которого стояла кровать. Валентин лежал под одеялом, прикрыв глаза. Впалая грудь едва вздымалась, и при каждом выдохе из неё вырывался хриплый звук. С первого взгляда было понятно, что положение чародея весьма печально.

— Варлок, — прошептал юноша и замер. Он уже начал жалеть, что пришёл сюда. Кажется, старику совсем плохо. Артур ничем не сможет помочь ему.

Веки Валентина дрогнули, и он медленно открыл глаза. Увидев юношу, старик побледнел ещё сильнее. Кажется, он был глубоко взволнован.

— Смилодон, что ты здесь делаешь? — варлок постарался избавиться от дрожи в голосе.

— Пришёл навестить вас. Я рад, что вы живы.

— Ненадолго, — хмуро ответил Валентин. — Магистр Садомиус уже пожелал мне достойно принять смерть.

Артур изумлённо открыл рот. Слова старого мага вызвали у него шок. Почему он так спокойно говорит о своей смерти, словно о чём-то обыденном, не имеющем значения?

— Это печально, — только и смог сказать юноша.

Варлок глухо рассмеялся:

— Впервые вижу такого забавного студента. Токра никого не любят и никому не сочувствуют. Так было, есть и будет. Почитай на досуге Олафа с Перьями. Он весьма точно окрестил нас Поющими во Тьме, и это действительно неплохое сравнение.

Артур промолчал, не желая обсуждать высокую поэзию с умирающим.

— Варлок, позвольте задать вам пару вопросов? Если, конечно, вам не тяжело разговаривать.

Валентин болезненно усмехнулся:

— Давай сюда свои вопросы. И перестань смотреть на меня с такой жалостью. Даже обидно, знаешь ли. Не считаешь же ты меня обычным стариком? В своё время я был одним из лучших магов-убийц.