Чёрный хребет. Книга 2

Но я не могу избавиться от назойливой мысли, которая преследует меня вот уже несколько дней. По какой причине я всё ещё чувствую бордовую жемчужину?

Глава 35

Идём к Гуменду целой армией, а я все ещё не понимаю, что мы с ними будем делать.

Очевидно, что мы убьём всех, кто не захочет подчиниться: пусть это и люди, но я не собираюсь их жалеть. Разве будет фермер заботиться о гнезде шершней, поселившихся под крышей? От некоторых живых существ стоит избавляться, поскольку перевоспитать невозможно и соседствовать затруднительно.

И не важно, люди это или насекомые.

Я всегда был эмпатичным человеком, сочувствующим к проблемам других, но даже я не вижу иного выхода, кроме как вырезать каждого, кто попробует сопротивляться.

– Хоб, – говорю. – Мне нужен твой совет.

– Почему мой? – спрашивает парень.

Мы идём впереди нашей армии из двухсот человек. Фаргаровцы двигаются чуть в стороне, поскольку я не хочу поворачиваться к ним спиной даже во время марша.

– Потому что ты не такая тряпка, как я, – говорю.

– Управленческие проблемы?

– Нет, – мотаю головой.

Мой конфликт гораздо сложнее. Даже если мы сразимся с Гумендом и убьём каждого, кто схватится за оружие, что делать с остальными? Что делать со стариками, женщинами, детьми? Сомневаюсь, что нам удастся их подчинить подобно Фаргару. Это совершенно дикое племя, которое предаст при первом же удобном случае.

Нельзя доверять людям, едва отличающимся от диких животных.

Малейшая неосторожность и нам придётся вытаскивать костяные ножи из своих лопаток.

Но и заниматься планомерным убийством каждого жителя я не хочу. Не могу себе представить, как отдаю приказ полностью зачистить Гуменд, включая больных и детей. Да и кто из нас осмелится лишить жизни беззащитных?

– Всё выглядит так, – говорю. – Будто нам придётся подчистую стереть Гуменд с лица этого мира, оставить лишь чёрное пятно на его месте. Вот я и думаю, можно ли этого как-то избежать.

– Ты говоришь так, будто мы уже победили.

– Знаю, что несусь впереди паровоза, но бегун, что не думает о следующем шаге, обязательно споткнётся.

Парень ненадолго задумывается, что за вещь такая «паровоз». У меня постоянно проскакивают такие словечки, когда я не задумываюсь о том, что говорю.

– Мы можем убить всех, кто выйдет сражаться против нас, – говорит Хоб. – А остальных... остальных обратим в рабство.

– У нас не получится такой же финт, как с Фаргаром – Гуменд слишком дикий. Рано или поздно вырастет молодое поколение, которое снова начнёт на нас охотиться.