Поющие во Тьме

Напротив, вытащив мечи из ножен, на этот раз вполне настоящие, они начали наступать, всем своим видом демонстрируя угрозу. Начиная заводиться, Артур освободил своё оружие и приготовился к бою. «Всё это наверняка плохо закончится», — подумал он. Первая кровь прольётся всего через час после вручения им клинков.

Дик, наконец-то, заинтересовался происходящим и привстал с кровати, чтобы лучше уследить за развитием событий. По его лицу скользнула лёгкая тень ностальгии, но пробыла там весьма недолго.

— Отдай его нам, Смилодон, — проскрежетал Келноз и тут же нанёс свой удар.

Клинкер просвистел в сантиметре от ученика и встретился со своим двойником в руке Артура. Лязг металла заложил уши. Вдохновлённые примером вожака, мальчишки атаковали одиночку, заставляя его отступить. Паг за спиной издал щенячий визг, когда защитник отдавил ему ногу.

«И что теперь? — подумал ученик, — Неужели я действительно готов убивать их?»

Вопреки сомнениям Смилодона, его тело ни в чём не сомневалось. Шквал ударов заставил противников отшатнуться.

Мечи в руках ученика Агно Свирепого плели паутину доминатора. Успешно отбив атаку, Артур нанёс глубокую царапину на лицо Граникуса, заставив того зарычать от бешенства.

— Ты мне за это ответишь.

Ладонью размазав алую полосу по щеке, Келноз словно дикий зверь бросился в атаку. И наткнулся на завесу Схрона, незнакомую ему пока что. Кручёным ударом Артур сломал позицию Дэкера и вышиб оба клинка из рук противника. Не теряя ни секунды драгоценного времени, Артур ударил Келноза по голове, к счастью для того, мечом плашмя.

Веки того отяжелели, мускулы ослабли, и он провалился в бездну. Остальные, видя участь своего лидера, застыли на месте, не решаясь больше атаковать.

— Ну что же вы, — зло рассмеялся Артур, подначивая своих сверстников. Неожиданно он почувствовал в себе кровожадный азарт, — не останавливайтесь. Подходите, хоть разом, хоть по одному. Отбейте человеческое дитя, если сможете. Или вы уже ни на что не способны без Граникуса?

От напряжённой фигуры веяло необыкновенной силой.

Подойти к нему сейчас казалось самоубийством.

— Что здесь происходит? — грозный окрик прервал затянувшуюся паузу, и ученики с облегчением вздохнули, узнав голос Тарчета.

— Учитель, — поспешил с жалобами Саймон, — смотрите, что Смилодон сделал с Келнозом. Он теперь несколько часов проваляется с головной болью.

— Распри между учениками — дело самих учеников, — хмуро ответил Тарчет.