Разлом миров. Санкт-Петербург

- Я… Я не понимаю…

Совсем ребенок… Он же ребенок…

Он вновь махнул рукой, отпрыгнул от существа в сторону с такой легкостью, словно ничего не весил. Подлетел к машине и…

Схватил Васю.

Я пискнуть не успела, как он отбросил ее в сторону болота. Дочка даже не могла кричать, лишь хватала ртом воздух и грохнулась в воду.

В этот момент машину отбросило в сторону. Длинные острые лапы богомола схватили автомобиль за крышу и откинули его дальше по дороге.

Тварей оказалось несколько. Более того они отличались по половым признакам.

И если женская особь лежала поверженная и истекала кровью, все еще сохраняя двигательные рефлексы в конечностях, то мужская…

Судя по взгляду ребенка и его трясущимся рукам, с этим он так легко не справится.

Это существо больше раза в два, за спиной дрожали тонкие лепестки крыльев с яркими прожилками. На кончиках изогнутых длинных рук – когти и, как у истинного богомола, острый крюк-шип с ядом на конце.

Мальчик пошатнулся, упал на одно колено, вновь прислонив ладонь к груди, где висел амулет – ему было больно дышать, он с трудом держал равновесие.

Чудовище, что снесло машину, запрокинуло назад голову и так же, как и женская особь, стало меняться.

Ребенок пятился назад, я рванула к дочери, совершив ошибку.

Нельзя. Никогда нельзя поворачиваться к хищнику спиной и тем более бежать.

Это сигнал к атаке, начало охоты и жажда крови в одном флаконе.

От удара спасла собственная неуклюжесть: нога зацепилась за корягу, я пролетела вперед, разодрав до крови колени и ладони.

В этот же миг над головой пронеслась длинная изогнутая лапа с острым когтем.

Крылья богомола трепетали, они создавали сильные потоки воздуха, разносили в стороны пыль под ногами и листья. Я видела, как существо сменило цель и, заметив мою дочь, рвануло к ней. Оно изогнулось прямо в полете, но далеко улететь не успело.

Рванув с места, видя ужас на лице дочери, а так же рваную рану на ее плече, я сама не поняла, как оказалась сверху на чудовище. Тонкие крылья хоть и не прогнулись подо мной, но летать эта тварь уже не могла.

Богомол упал мордой в грязь, пролетел вперед, хлестнул конечностью, но мигом взвыл, раскрыв зловонную, полную острых зубов пасть: незнакомый мальчик полоснул ребром ладони будто лезвием, отсекая твари лапу. Глаза ребенка в этот момент были переполнены чернотой, в лицо брызнула темная, вязкая кровь и кожа под ней пошла пузырями. Мальчик зарычал, молниеносно извернулся прямо в воздухе и ударил с разворота босой ногой в сустав конечности.