Каникулы бога Рандома

— У меня было самое лучшее детство, благодаря деду и тётке Ксении».

Я повторил его слова деду. И тот расплылся в улыбке.

— Я старался, чтобы ты не чувствовал себя ущемлённым, — проговорил он и поднялся на подушках, принимая сидячее положение. — И рад тому, что ты помнишь это.

— Ты сделал всё, что было в твоих силах, — подтвердил я, одновременно стараясь выразить в голосе глубокое уважение к старику. — Я горжусь тобой.

— И я тобой, — вздохнул тот, но, кажется, больше с облегчением. — Одним словом, я решил, что моим наследником станешь ты.

Титул, родовое поместье, деньги, активы, — всё это переходит тебе с одним-единственным условием. Ты оставляешь свою тётку жить тут и выплачиваешь ей содержание до конца жизни. Это оговорено в моём завещании.

— Конечно, — кивнул я, соглашаясь с тем, что это важно. — Безусловно, Ксения Альбертовна ни в чём не будет ущемлена. Будет жить так же, как прежде.

— Или лучше, — усмехнулся Озеров.

— Или лучше, — согласился я, понимая, чем вызвана эта усмешка.

Дед просто не верил в то, что у его младшей дочери может наладится личная жизнь.

Но она же начала молиться Рандому, а это означало, что теперь ей будет везти.

— Ещё одна моя просьба касается Светланы, — проговорил он и на некоторое время уставился в потолок, видимо, собираясь с мыслями.

— Я слушаю тебя, — ответил я и подумал, что это самая частая фраза, которую я говорю в последнее время. — Постараюсь сделать всё, что от меня зависит.

— Боюсь, придётся сделать даже больше, — дед посмотрел на меня, и я увидел в его глазах озорные искры.

— Я так понимаю, что ты в курсе дел Туманова?

Я сразу не понял, что резануло мне уши. И лишь потом понял, что резануло их не мне, а Игорю. Озеров сказал не «твой отец», а Туманов, причём очень пренебрежительно.

— Ты про долги? — решил уточнить я.

— Да, — со вздохом ответил дед. — Про бесконечные долги, вызванные пристрастием к азартным играм. Про непрекращающиеся попытки достать денег. Про то, что с каждым разом он готов идти на всё большие жертвы только для того, чтобы его допустили к карточному столу.

— К сожалению, да, — ответил я, вспоминая скрюченные пальцы и выпученные глаза, когда Николай Туманов пытался выпросить у меня денег на ещё одну игру. — Не далее, чем сегодня вечером я имел весьма неприятный инцидент с его участием, когда он остался без выигрыша.

— Смотри, только не пойди по его стопам, — проговорил мне Озеров почти слово в слово то, что говорила мне сестра. — Не дай бог, заразишься этой самой игроманией.