Кровавый вкус победы

(Как впоследствии сообщил мне Антинаэль, вместо «Радости представления» у неё получился более фривольный «А не продолжить ли нам знакомство в парке?», но едва ли барон разбирался в тонкостях тарнедорских поклонов. Ходят слухи, что и сами тарнедорцы в них не слишком разбираются).

— Прошу вас, будьте как дома! — барон ещё несколько секунд потоптался на месте, но понял, что других пояснений не дождётся, и вынужден был отойти к другим гостям.

— Странный он какой-то, — его ужимки заметила даже Анжелика.

— Ну, ещё бы.

Мы здесь в положении тех, кого не хотели бы видеть и пригласили лишь с уверенностью в вежливом отказе, — шёпотом объяснил я. — Благодатная почва для домыслов — самых разнообразных.

— Понятно, — отозвалась вампирша. Так же тихо спросила: — А можно я ещё поем?

— Можно, — обречённо разрешил я. — Только сильно не увлекайся. И не чавкай.

Анжелика возмущённо фыркнула, но комментировать не стала. Я отвёл её обратно к закускам — когда благородный сэр бросает «жену» посреди зала, это выглядит очень некрасиво и подозрительно.

Потом позволил себе небольшую вольность и пригласил на танец приглянувшуюся мне даму: она была в украшенном кружевами и жемчугом белом платье с широкой каркасной юбкой, стройная, миниатюрная, но отчего-то с выражением лёгкой грусти на лице. Дама слегка улыбнулась и подала мне руку. Было в этом что-то упоительное — вновь кружиться по бальному залу с юной красавицей, которая умеет танцевать, и вспоминать первый бал, первую поездку в Леондору, торжество в честь совершеннолетия сестры.

.. и в ностальгии чувствовать себя почти нормальным. Почти человеком.

Когда отзвучали последние аккорды, я поклонился даме, и её тут же умчал другой кавалер.

— Сэр Леонард, верно? — услышал я над своим ухом чей-то могучий голос. — Могу я предложить вам игристого вина?

Я спокойно обернулся — рядом стоял генерал Дель Котль с двумя бокалами в руках.

— Не откажусь, — я взял вино и чуть пригубил его. Из вежливости спросил: — Спокойным ли было ваше путешествие?

— Все благополучно, благодарю, — чинно ответил генерал, тот самый человек, который, по словам Менкара, ещё вчера терпеливо сносил гнев Дель Дюпуа, который метал громы и молнии из-за того, что элитная охрана ни с того ни с сего решила провести ревизию вещей всех участников делегации, и вообще «что эта Дель Граусс себе позволяет!».

Впрочем, на его месте я бы тоже не стал распространяться о таком в разговоре с незнакомцем. — Нашу поездку омрачило лишь то, что Валир...