Кровавый вкус победы

— Антинаэль растерянно покрутил головой, будто ища поддержки у старых стен, потом обречённо, и даже как-то смущённо выдохнул: — Ну не знаю я!

Я отпустил руки, а демон, неловко поправив измятый ворот, повторил тише:

— Не знаю.

Он присел на отвергнутый бочонок и с горечью пояснил:

— Когда я смотрю на вас с Анжеликой — я всё ещё вижу своё проклятие. Моё безупречное плетение силовых линий. И всё-таки что-то изменилось. Какая-то досадная мелочь, которая от меня ускользала. Когда я исправил проблему с солнцем, то посчитал загадку решённой.

— Видимо, — я нервно расхохотался. — Сколько ещё открытий мне предстоит сделать, пока ты разберёшься с твоим вышедшим из-под контроля экспериментом?

— А знаешь, — добавил я после паузы. — Так даже лучше. Исчезает соблазн верить, что всё просто и очевидно. В бою такая роскошь часто приводит к поражению.

— Мы не на войне.

— Ошибаешься. Мы все продолжаем сражаться с тьмой за наши души.

— Я уже говорил, что ты неправильно выбрал профессию? Великий менестрель пропадает.

— Какой уж есть, — я сделал шаг к выходу, но обернулся и чуть качнул головой в направлении подбитой челюсти: — Я не буду извиняться.

— Ладно, будем считать, что это мне за дело, — отозвался Антинаэль, подпирая рукой начавшую распухать щеку.

/** Приписка почерком Антинаэля

Хотя Лест во всеуслышанье утверждает, что его мемуары не предназначены для широкой общественности, но всё же потрудился описать исполнение своего гениального плана с точки зрения противника, ни капельки не понимающего происходящее — дабы не случайно не раскрыть непосвящённым использованных тактических ходов.

Глава 19. Поймать и обезвредить

Пустой дровяной сарай за таверной. Стены добротно завешаны безликой мешковиной — ни один луч луны или солнца не проникнет сюда без разрешения. Антинаэль в сотый раз проверил нарисованные на земляным полу знаки, зажёг стоящие полукругом свечи и лишь потом шёпотом произнёс ненавистное имя.

Он явился мгновенно, крепко сложенный, коротко стриженный, с аккуратными витыми рожками на голове. Золотые нити, которыми был расшит камзол, удачно гармонировали с мягко фосфоресцирующими золотистыми татуировками, которые покрывали лицо и ладони демона.

— Ниграмотеп.

— Антинаэль, — кажется, ничуть не удивился призванный. — Знаешь, удерживающий круг — это ужасно пошло и невежливо.