Кровавый вкус победы

Дель Руто начинал войну именно там, но, когда понял, что позиции закрепились намертво, и ни наград, ни почестей ему там не видать, перевёлся ближе к центру. Лест, как главнокомандующий, наверняка знал все шифры, но нам в штаб обычно слали десятый — «для депеш высшего командования», — а потому мне никогда не доводилось расшифровывать девятнадцатый. Но вот адъютанту Дель Руто — наверняка.

— Ну ладно, — осторожно согласилась Алия. — Но с чего бы это вдруг Дель Милле рассказывать ключи тебе? Это всё-таки военная тайна.

— Свяжем, отведём в лес и будем долго пинать ногами, пока не признается, — соизволил пошутить Менкар, демонстрируя влияние вэлифарского солдатского юмора.

Рассмеялся, глядя на крайне обескураженное лицо подруги, потом хитро улыбнулся и, наконец, признался:

— По вэлифаским законам к следующей войне разработают другие, чтобы сохранить секретность. А потому сейчас это не такая уж и тайна. Я с ним выпью, а ты будешь слушать, всё, что он скажет, потому что я буду не в состоянии что-либо запомнить.

— Нахождение здесь — не повод нарушать законы султаната! Ты что, хочешь быть как эти... местные пьяницы?! — возмущённо возопила волшебница, нервно указывая куда-то в пространство. — И вообще, вдруг тебя архимаг увидит?

— Не увидит.

— Обязательно увидит!

— Не каркай, предсказательница ты наша, — притворно устрашился маг.

— Я не как оракул, а как женщина, предупреждаю!

— Ладно, ладно, — видя, что Алия окончательно рассвирепела, Менкар примирительно поднял руки. — Шучу. Я сжигатель наведу.

Непьющим кальшехранским магам часто приходилось общаться с представителями иных народов, и у некоторых из них отказ вместе выпить воспринимался как тяжелейшее оскорбление. Пережив несколько торгово-дипломатических скандалов, вызванных, в том числе, пьяными похождениями непривычных к хмелю коллег, чародеи разработали защитные чары, уничтожающие пары спирта до попадания в желудок. Новинка получила гордое название «Этнически ориентированный селекторный алкодезинтегратор», которое никто из магов не оценил, бессовестно именуя изобретение просто «сжигателем».

— Тоже мне, шутник, — напоследок огрызнулась девушка, остывая.

Много времени потребовалось Менкару, чтобы втолковать Алие, что не стоит идти на званый ужин в своей невзрачной одежде. Оракул охотно допускала, что в Вэлифаре также могут чтить святость совместно вкушаемой пищи, даже осторожно признала, что своим нарядом можно выразить радушному хозяину уважение, а можно — пренебрежение, но....