Мой мышонок лорд преисподней

– И еще у нас, у людей, есть такое правило: «Когда я ем, я глух и нем!»

– Я не вижу в этом смысла, – задумчиво изрек мышонок, – но раз уж я сам теперь обитаю в смертном теле, мне, пожалуй, тоже стоит придерживаться этого обычая.

Витя заработал ложкой, украдкой посматривал, как Бусик жадно раздирает мясо и вареные овощи, перемазавшись жирным бульоном. Движения животного и в самом деле выглядели иначе. Какие-то слишком резкие даже по звериным меркам. И юноша так увлекся наблюдением, что не заметил, как на кухню вышла мама.

– Ну здрасьте! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! – всплеснула она руками. – Ты что, Вить, совсем обалдел? Ты чего своего хвостатого прямо на стол усадил?

– Ой, мам, прости! Я всё могу объяснить! – затараторил парень, чуть не вылив на себя от неожиданности остатки супа. – Я тут это… немного того…

– Ага, я и вижу, что ты «немного того!» – покачала головой родительница, а потом по-доброму взъерошила сыну волосы. – Чтоб это было в первый и последний раз, понял меня?

– Да, конечно… извини… – уставился в тарелку подросток.

– Ох, Витя-Витя… – тяжко выдохнула женщина и присела на свободный стул. – Неужели в гимназии всё так плохо?

– Угу…

– Так без друзей скучаешь, что мыша́ своего на кухню притащил?

– Э-э-э… ну, не совсем…

– Давай так договоримся, – деловито предложила мама. – Доучись уж эту четверть, получи итоговые оценки.

– Правда?!! – счастливо просиял мальчишка.

– Только если специально не примешься себе отметки портить! – тотчас же выставила условие родительница. – Саша, конечно, будет брюзжать, но то уже моя проблема. Его я беру на себя. Как-нибудь задобрю.

– Мама, спасибо!

От переизбытка чувств школьник заключил женщину в крепкие объятия, отчего та аж охнула.

– Ой-ой, полегче, Витя, раздавишь ведь! Сила-то уже в тебе мужицкая!

– Прости…

Василевский чуть ослабил хватку и ощутил, как нежная мамина рука погладила его по спине.

– Мы же по-настоящему любим тебя, – негромко произнесла она. – Даже если и заставляем делать то, что ты не хочешь, то это потому, что желаем тебе только хорошего…

– Я знаю, мам. Извини меня за… ну, за эту сцену. Я не хотел вас обижать, – попросил прощения Виктор.