Поход самоубийц

— Уж лучше попасть в лапы законников, чем дрейфовать в открытом море, поджирая запасы, а потом и друг друга. Или как ты думаешь я обзавелся вот этим?

Он постучал клюкой по деревянной ноге. С хрустом откусив кислое яблоко, Птаха, сидя на рее и болтая ногами, вполуха слушала их ругань, которая продолжалась с раннего утра. Птаха никогда ранее не видела моря и теперь понимала, отчего Алан так лелеял мечту жить на побережье. Раскинувшаяся куда глаз ни кинь вода, напоминающая зеркальную гладь, где-то вдалеке сливалась с бледно-голубым небом; выглянувшее из-за пушистых облаков солнце рисовало на синей поверхности блики, а лицо обдувал легкий морской ветер.

После такой вольницы сложно было представить себя ютящимся в какой-нибудь жалкой каморке в покосившемся тесном домике, что притаился в грязном проулке, кое-как распихав соседние здания локтями.

Однако путешествие вплавь пришлось по вкусу далеко не всем. Архан практически не покидал каюту — к вящей радости простых моряков, которые шарахались от шрау точно от прокаженного — и выходил наружу разве что для того, чтобы в очередной раз перевеситься через фальшборт и опорожнить желудок.

Завидев бледного словно смерть Ленса, который, выйдя на палубу, сощурил глаза, прикрыв их ладонью, Птаха выкинула огрызок в воду и по натянутым канатам спустилась вниз.

— Все целы? — первым же делом спросил Ленс и осторожно уселся на перевернутую набок бочку.

— Кроме Зверя никто особо не пострадал, — ответила Птаха, присев рядом. — Синяки да царапины — пустяки. Как нога?

— Терпимо, — кисло улыбнулся Ленс, осторожно пошевелил раненой конечностью и сморщился от боли. — Спасибо за то, что вытащила меня.

— Мой отец говорил, что подельник для вора — как отец, мать и брат вместе взятые, — хмыкнула Птаха. — Не волнуйся, уверена, ты еще успеешь рассчитаться. К слову, не забудь поблагодарить Тео — именно он прочистил и зашил рану.

В этот самый момент снизу раздался громкий вопль. Видимо, врачевание шло в самом разгаре.

— А это не… — вдруг произнес Ленс, приглядываясь к старику, спорящему со Спайком.

Последний как раз рассказывал своему собеседнику, какой именно части тела он лишится следующей, если не перестанет быть такой занозой в заднице.