Дамнат

– Так мало? Правильно, нижние наверняка этой мерзостью крыс травят. Ладно, иди. Оставь меня в покое. Я должен поспать.

Ему снова приснилась она, мать. Мария.

Он смотрит в забранное крупной решеткой окно, смотрит, встав на обитый черным бархатом табурет. Он еще совсем юн. Мальчик.

Большой, вымощенный булыжником двор, окруженный громоздкими однообразными зданиями, в его центре небольшая ухоженная клумба, на которой, вокруг пышного куста падубы росли цветы – вербена, лавр и полынь. В небе ярко светит луна.

Ночь, но во дворе суета.

И в центре – мать. В белых развевающихся одеждах, длинные волосы распущены.

Она прекрасна. И она ужасна.

– Помните! – кричит она. – Помните!..

Ему страшно. Ему очень страшно.

Вечером на майдане собралось семеро – Абрига, Баит, Дуарми, Тарба, Йихан, Барчук и Печник. Все они неподвижно сидели на бревнах и хранили гробовое молчание.

– Что случилось? – спросил отшельник.

– Аиян умер, – печально произнес Баит, не поднимая головы.

Иван снял шапку.

– Он улыбался, – сказал спустя некоторое время Баит. – Как будто был рад, что уходит.

– Да, – добавил Абрига. – Аиян был мудрецом. Он хорошо знал, что нас ожидает. Знаешь, как он умер? Просто позвал нас и сказал: «Я умираю, братья. Прощайте». И всё. С улыбкой, со счастливой улыбкой на устах.

Нахмурив брови, он уставился на отшельника. Все остальные последовали его примеру.

– Ты был там, у капища, – сказал Абрига. – Ты что-то почувствовал. Тебе ведь стало плохо.

– Да, – едва слышно подтвердил Иван, прислушиваясь к пульсирующей боли в висках. Голова по-прежнему побаливала. Но не так сильно.

– Ну и?

– Что с Белым? Припоминаю, что в первый раз вас было десять…

– Не уклоняйся! – топнув посохом, рявкнул Абрига. – Отвечай!

– Это важно, – упрямо повторил Иван. – Что с Белым? Лучше ответьте мне.

Абрига вскочил, но Баит жестом успокоил старейшину.

– Белый… – задумчиво начал Баит. – Однажды Белый ушел на охоту – один. Он всегда так делал. Странный он был. Ушел и не вернулся. Мы отыскали его на том же месте.

– Там, где сейчас капище?

– Да.

– И это было… когда? Два года, три?

– Это случилось прошлой зимой. Вернее, перед зимой – с деревьев еще не слетела листва.

– И что с ним в данный момент?

– С тех пор он не двигался. Только лежал, будто мертвец – бледный, худой. Иногда вставал, но всегда молчал.