Отражения

— К этому я не был готов!

Она плавно подалась вперед и поцеловала его. Лучшее, что она могла ответить глупому монгрелу, который не знает, когда остановиться. От прикосновения ее сухих, горячих губ мгновенно вскипела кровь, и Ланн обнял ее и прижал к себе, не думая о том, что, может быть, делает это слишком сильно. Свой испорченный доспех она оставила в сумке, и сквозь ткань платья он хорошо чувствовал тепло ее тела.

Его свет, солнце его жизни, она вернулась! И она любит его! Разве можно быть счастливее, чем он сейчас? Ну, разве что тогда, когда демоны отстанут от нее и она согласится остаться с ним до конца его дней.

— Вот этого стоило ждать лишних пять часов, — выдохнул Ланн, как только она отстранилась.

— Я готова извиниться за каждую секунду, — прошептала она, хотя едва ли кто-то мог их слышать, — но только если ты поднимешься со мной наверх.

Наверх?

Освободившись от объятий, Сайдири встала и потянула его за руку к окну, она указала на широкую балку недалеко от подоконника, а затем на крышу.

Покатая крыша таверны спускалась вниз под небольшим углом, так что усевшись на ней, можно не бояться скатиться с ветерком в ближайшую канаву. Город лежал под ясным летним небом и готовился ко сну, прохожих на улицах давно не осталось. Любовь Сайдири к звездам не имела ничего общего с религией, просто в Кадире почти каждая ночь такая — пасмурная погода в тех краях большая редкость.

Усевшись на теплую крышу и с неудовольствием путаясь в подоле непривычного платья, Сайдири похлопала ладонью рядом с собой и принялась увлеченно рыться в сумке. Однажды Ланн отказался сесть с ней рядом, когда она просила.

— Я купила его для особого случая, — достав из сумки бутылку ягодного кьонинского, сказала она, — но, когда увидела тебя, решила, что особого случая ждать не стоит.

Ланн тихо опустился рядом, больше он не позволит своим страхам испортить момент. Сайдири вытащила его наружу, чтобы отвлечь от мрачных мыслей. И пусть он не сказал ей, что происходит, догадаться о том, что он не в порядке, несложно.