Ган

— Если эта жаба, которую ты, Лихо, называешь учеником, не спрячет свой «ножичек», то его не спасут никакие законы.

Весь вид Хайко не намекал, а говорил вполне красноречиво о том, что это не просто угроза.

Тарси Лихо плотно сжал и без того узкие губы, отчего казалось, что на лице его вместо рта кривой порез, оставленный чьим-то клинком. Глаза его забегали, а лоб покрылся морщинами. Он думал.

— Мако, спрячь меч. В городе Мастеров махать клинком не принято, — с сожалением заметил он и тут же, пытаясь сохранить лицо, вставил: — Тут многие боятся оружия, в отличие от таких людей, как мы с тобой.

Хайко подошел к Пато и, наклонившись, прошептал ему в ухо:

— Если не хочешь, то мы можем отказаться, в этом нет позора. Тем более, ты его уже «приложил» словами о веревке.

Пато покачал головой:

— Дело не во мне. Он не отступит.

Хайко кивнул и сказал:

— За ворота!

Поднялся невообразимый гам. Еще бы! Турнир только через два дня, а первый поединок учеников можно посмотреть уже сегодня. Толпа устремилась вслед за Хайко, Тарси и двумя поединщиками.

Вышли во двор и направились за его пределы, на улицу. Толпа гудела, выстраиваясь в правильный круг с бойцами в центре. Зашумели самые предприимчивые, призывая ставить на приглянувшегося бойца. Зазвенели, забряцали кошельками.

Пато не волновался и был собран. Он понимал, что шансов на победу мало, вернее, меньше, чем тогда, у «Спорной черты». Сейчас и Мако мог призвать себе невидимого «помощника» и уравняться в скорости с Пато.

Интересно, кто (или что) у Тарси Лихо изображен на обратной стороне ременной пряжки? Судя по всему, там нечто схожее со змеей…

Мако заметно нервничал, хоть и пытался это всячески скрыть. Он снял ремень с оружием и передал его своему мастеру. Тот зашептал ему что-то в самое ухо, хлопнул по спине. Подбодрил. Мако вернулся в центр круга и, приводя себя в готовность к схватке, произнес:

— Теперь тебе никто не поможет, увалень. Теперь ты будешь целовать землю!

Пато пожал плечами, неторопливо развязывая веревку на поясе, четко и громко ответил:

— Мне и тогда никто не помогал.

Ты просто запнулся о свой длинный язык и, поскользнувшись, как пьяный бродяга поскальзывается на своих слюнях, упал лицом вниз. Сейчас ты не упадешь вниз — ниже уже некуда. Но я верну тебя на то место, которое ты заслуживаешь.

Пато специально не торопился с узлом на веревке, понимая, что чем больше он успеет наговорить «приятных» вещей Мако, тем лучше для него.