Ган

Он как на диво невиданное уставился на Пато.

— Ты взял ученика?

— Да. А что?

Дуур с такой силой хлопнул себя по колену, что казалось чудом, как это оно не переломилось. На удивление колено осталось относительно целым, если не обращать внимания на красный след, оставленный ладонью.

— А то! — с досадой выпалил страж. — Жалование за три месяца мне теперь начальнику южной стражи отдать придется. Поспорил я с ним четыре года тому, что ты ученика себе не возьмешь. Сроком на пять лет забивались. Э-эх.

Тао рассмеялся и, подбадривая Дуура, постучал того по спине.

— Ничего. Поставь на Пато в турнире и вернешь свои деньги.

Страж встрепенулся и с надеждой в голосе спросил:

— На победу? Так там и за два года жалование можно выиграть.

— Ну-у-у-у… Разбежался, — остудил его пыл Тао. — На победу… Надо же такое сболтнуть? Третий круг, не более того.

Дуур закатил глаза и, зашевелив губами, принялся подсчитывать в уме возможные барыши.

— Подожди, — заговорил он вновь. — Ничего я не выиграю. Какой дурень против твоего ученика ставить будет?

— А кто знает, что Пато мой ученик? Или ты правила забыл?

В очередной раз лицо Дуура поменяло выражение и окраску, и он, видимо вспомнив что-то важное, просиял.

— Вспомнил! — воскликнул страж. — Ты к Хайко? Тогда увидимся там.

Он резко развернулся и чуть не вприпрыжку, как ребенок, получивший неожиданно для самого себя леденец, отправился на свой пост.

И вот ворота пройдены. За ними оказался узкий коридор, двум телегам только и разъехаться, изгибающийся под прямым углом.

Задрав голову, Пато увидел, что над ним, через каждые десять шагов, выступали и нависали широкие площадки, с которых, как он догадался, в случае прорыва у ворот на головы врага можно было уронить все что угодно. Очень толково.

Чуть задумавшись, Пато и сам не заметил, как они с мастером ступили в Город Мастеров.

Сказать, что он был поражен увиденным — значит ничего не сказать.

Улицы Города Мастеров были каменными. В прямом смысле этого слова — каменными. И дороги вымощены камнем, да не просто каким попало, а тщательно подобранным по размеру, один в один.

Поверхность такой дороги была шершавой, что позволяло ходить по ней и не опасаться поскользнуться и расшибить себе голову даже после дождя. Дома и прочие постройки так же сложены из камня, правда, уже иного, не шершавого, как под ногами. Дома и вовсе были чудными. Двух, а то и трех этажей, чего Пато еще не доводилось видеть. Видеть то хоть и не доводилось, но слышать о таком слышал. От брата.