Ган

Если так окажется, что мой воин окажется сильнее гана, то ты подаришь мне коня.

— А если нет?

— Я отдам тебе единственного сына, — как ни в чем не бывало, сказал Куграт.

Глава 18

В знакомой уже Тао комнате на последнем этаже дворца, заменяющей иногда Турдану спальню и кабинет, было прохладно и уютно. В косом солнечном луче, очертившем на полу прямоугольник, кувыркалась мелкая пыльца, потревоженная открывшейся дверью. На столе лежали развернутые карты; Турдан, судя по следам воска на столе и огаркам свечей, всю ночь просидел за их изучением.

Ярко выделялись свежестью своей на пожелтевшей от времени карте линии, добавленные правителем Шула красной краской.

— Новые границы? — кивнул на творение рук государя Тао.

Турдан уселся за стол и, убрав все лишнее, развернул карту к Тао.

— Ты думаешь, я совсем дитя и ничего не понимаю? Этот прохвост Куграт, будь он неладен, неспроста явился ко мне в дом. Быть войне. Это ясно и глупцу. Вот тут и тут, — он провел пальцем по красным линиям на карте, — нам придется оставить границы и стянуть силы вглубь Шула.

Отдадим, временно, — выделил с нажимом Турдан, — часть незначительных территорий, но соединим войска там, где у нас самое уязвимое место. Равнины. Его конница лучше. Противостоять ей мы можем только тут.

— Толково, — согласился Тао. — Надо помощи просить.

— У кого? Да и война еще не начата. Просить заранее? На смех поднимут.

— Не ты просить станешь. Я попрошу.

Турдан задумался. Бегая глазами по карте, сверял что-то по спискам. Достав из вороха бумаг чистый лист, принялся писать на нем размашистым, с наклоном влево почерком.

Закончив письмо, протянул его Тао Гану.

— Тут письменное разрешение тебе.

— Разрешение? — удивился Тао.

Турдан устало посмотрел на друга и, кивнув, добавил:

— Можешь брать кого угодно. Любого городского гана, а не только тех, о ком мы говорили. Если быть войне, то от намеченного плана, — он кивнул на карту — я не отступлю. А при таком раскладе отдельные участки отходят на второй план, и я все равно не оставлю там ни одного гана.

Все будут здесь, — он ткнул пальцем в условное место. — Нет смысла в лучших там, где будет мясорубка. А ты станешь только сильнее с ними. Не знаю, что за дело у тебя, но верю, что оно не менее важно, чем сохранность Шула.

Тао склонил голову, уважая решение государя и восхищаясь его доверием к нему. Остаться без лучших воинов, уступить их, полагаясь лишь на слова Тао Гана. Это не было похоже на решение бездумное, какими грешат люди азартные.