Ган

Начали!

После нескольких неудачных попыток переставлять ноги в указанном Хайко порядке, Пато готов был сдаться и оставить надежду на освоение этого древнего тайного искусства. Ноги его одеревенели. Ступни никак не желали поворачиваться в нужном направлении и не попадали на лоскутки, разложенные в непостижимом для рассудка юноши порядке. Несколько раз он даже упал, неуклюже шагнув в указанное место. «Следочки» не поддавались. В глазах рябило, и догадаться, на какой именно «синий» или «красный» наступить, было невозможно.

— Стоп!

Хайко схватил подопечного за руку, подтягивая вплотную к себе. Взяв двумя пальцами за подбородок, как нашкодившего щенка, заглянул в глаза.

— Тебе, дубу лесному, говорили, что ты много думаешь там, где этого делать не следует?

У Пато появилось желание провалиться сквозь землю. Этот взгляд напоминал ему те времена, когда он только начал постигать мастерство кузнеца. Так смотрел отец, стоило только ему или братьям загубить отданную им на растерзание заготовку. Отец нависал над всеми тремя отпрысками и сурово выговаривал, негодуя на то, что ведь только что, полдня тому, он все объяснил, а дети его не услышали.

— Итку, — продолжил вуртаг — не дадут тебе возможности думать. Нет! Твой разум не нужен тебе в этой схватке. Дай телу делать то, для чего его создал твой Бог, — выделяя каждое слово в отдельности, говорил он. — Ты — ган, фить-мить, ган! Спишь ли, пьян ли, умираешь ли — твое дело убить Итку. Как? Как угодно! В нужник идешь — много думаешь? Ложку мимо рта пронесешь, коль план в голове не составишь?

Оттолкнув нерадивого ученика в сторону, Хайко с ловкостью, которой никак не ожидаешь от такого грузного человека, впрыгнул в круг.

Дальше — больше. Толстые, как бревна, ноги замелькали, живя отдельной от верхней части тела вуртага жизнью. С непостижимой точностью след в след опускал он тяжелые ступни на «следочки». Хайко был подобен водовороту.

Появились зрители. Вся дворня высыпала на улицу полюбоваться своим хозяином и подбодрить его.

Люди не в первый раз видели то, как Хайко летит по «Дороге спасения», но восхищаться не перестали. Это было прекрасно. Казалось, ничто в мире не способно остановить безумное вращение.

Пато очнулся от прикосновения к плечу. Давешний битый Тарси Лихо молодец протягивал ему копье.

— Бей! — не останавливаясь, крикнул Хайко.

Пато шагнул вперед и, перехватив копье удобнее, ударил. Мимо. Хайко захохотал и завертелся еще быстрее. Что-то изменилось в его движениях.