Тропами тьмы

Горгулий все так же безмолвно кивнул и начал пробовать еду, он был профессионалом в своем деле и мгновенно сориентировался в ситуации. Сама же королева с превеликим трудом сдержала вздох облегчения и почувствовала, как у неё под рубашкой по спине стекла вниз предательская капелька холодного нервного пота.

Маэстро невозмутимо попробовал всю еду, включая и жаренного на вертеле свежеприготовленного цыпленка, которого во время проверки принесла служанка, и одобрительно кивнул, после чего тенью встал за спиной госпожи.

Готтард наблюдал за представлением с выражением бесконечной иронии на лице, но новоявленному ученику не сказал ни слова.

- Приятного аппетита, - пожелал орк, кривя губы в саркастичной улыбке и отрывая мощными ладонями поджаристое бедрышко кролика.

- Спасибо, - не задумываясь ответила Эйриэн искренней улыбкой и получила еле заметный тычок от стоявшего позади неё Томаса. Улыбка мгновенно сползла с её лица и тот самый приятный аппетит улетучился, как грозовое облачко под жаркими лучами солнца.

Хотя мгновение назад она чувствовала себя голодной, как озверевший дракон, некормленый с эры Зимы и готова была хоть Шьорру целиком сожрать, если бы его кто-нибудь для неё зажарил.

Сейчас же она вяло отпиливала от дичи кусочек мяса с постным видом и слушала тираду орка, которому вздумалось скрасить трапезу не только яствами, но и беседой.

- Шаманство в корне отличается от магии, я надеюсь, ты это понимаешь? – вещал орк, активно жестикулируя костью с остатками мяса.

Что-то было в его жестах фальшивое, наигранное, утрированное. И эльфийка, ощущая эту ложь, чувствовала себя еще неуютнее. По всей видимости, это отразилось в её взгляде, иначе с чего шаман вдруг спросил:

- Тебя что-то не устраивает, мальчик?! Ты ешь так, словно твою еду облили уксусом, она не вкусна?

- Вкусна, - кисло ответила королева, покосившись на служанку.

- Гурца, выйди! – коротко бросил Готтард девушке, и она безропотно с поклоном удалилась.

- Ну, теперь ты мне расскажешь, что не так? – спросил Шьораа, аккуратно откладывая кость в сторону и тщательно вытирая руки салфеткой.

- Вы странно себя ведете, - протянула весенняя, наблюдая за его движениями.

- Как же сложно общаться с вашим племенем, - хмыкнул предводитель разбойников, - все-то вы чуете – ложь, фальшь, недомолвки… хоть сами и страдаете излишней скрытностью. Или скорее другие страдают от вашей скрытности.