Глазами волка

Потом они подъехали поближе и увидели, что с домом всё в порядке. Разве что побелка кое-где осыпалась и стояла непривычная тишина, словно перед грозой.

Евдокс огляделся, а потом повернул голову.

— Иди ты, Ихневмон.

— Я?

— Да, ты.

— Что мне ему сказать?

— Просто, поговори. Предложи ему выйти за ворота,— ответил Евдокс,— Вы же приятели.

— Но зачем ему выходит за ворота?

— Чтобы со мной поговорить. Я с ним тоже успел подружиться.

— А они?— Ихневмон кивнул на незнакомых всадников.

— А они меня охраняют.

Сначала Ихневмон испугался. Тысячи вопросов полезли из головы, словно грибы из трухлявого пня. Но Ихневмон не стал их задавать. Он спешился, ойкнул от укола боли в затёкших ногах, и заковылял к воротам. Постучал локтём, чтобы нечаянно не посадить занозу.

— Кто идёт?— спросили с той стороны.

— Друг вам здравствовать желает,— торжественно ответил Ихневмон.

— Мы пускаем лишь по одному.

— А я и пришёл один.

Его пропустили. Удивительно, но незнакомый рыжеволосый привратник был ненамного его старше. Хотя смотрел, конечно, с презрением. Это был рыжий и долговязый тавр, непреклоный сын непроходимых гор.

В городе, на агоре, тавры всегда смотрелись очень забавно, особенно когда пытались продавать трофейные статуэтки. Но здесь, неподалёку от смерти, горный скиф был в своей стихии.

Посередине двора дымила жаровня. Рядом стоял Лик и жарил лягушек, нанизанных на тот самый акинак.

Невриец только чуть-чуть приподнял голову, но Ихневмон заметил, как блеснули глаза.

Значит, узнал. Не мог не узнать.

— Будешь лягушку?— спросил Лик.

— Нет. Меня тошнит, я не могу есть.

— Зря,— ответил Лик и отправил в рот кусочек сладкого белого мяса,— Я всегда угощаю друзей самым лучшим.

— А ты ещё считаешь себя моим другом?

— Что плохого ты мне сделал?

— Я живу в городе. А этот город тебя изгнал.

— Изгнал меня совет, свободным голосованием. Я вам не враг и всегда готов вернуться.

— Ты для этого нас позвал? Чтобы перед советом оправдываться?

— Да. Я бы хотел говорить с людьми, а не с городском советом.

— Так… говори. Хотя нет, не говори. Я даже не совершеннолетний, куда тут. Там, снаружи, Евдокс дожидается. Я думаю, тебе надо говорить с ним.

— Прекрасно, пусть дожидается,— произнёс Лик. Но не тронулся с места.

Ихневмон подождал: Лик съел ещё одну лягушку, а остальных столкнул в деревянную миску. Будет угощать сподвижников.