Глазами волка

— А это его жезл,— Лик протянул жезл Маэсу.

— Вот потому ты и вожак,— заметила женщина,— Ты можешь отдать свой жезл кому угодно. А вот он взять твой жезл без спроса — не может. Иди наверх. Хватит разговаривать.

Сейчас, у подножья горы, Лик ощущал, что вся подготовка к битве была большим ритуалом. В этом ритуале было много нелепых церемоний, а ещё — привкус смертельной опасности. И именно этот привкус делал ритуал священным.

Лик не верил богам, которые не пьют крови.

Он поднимался по тропе, не замечая времени. Каждый встречный камень пытался его обмануть — он казался очень, невероятно важным — хотя всё по-настоящему важное было на вершине.

Лучше бы он прикинул, как незаметно подкрасться к женщине. Может быть, вплавь? Лик подумал, а потом снова сосредоточился на дыхании и подъёме. Если он победит, то подкрадываться будет не надо. А если проиграет — шансов у Маэса слишком мало.

Не больше, чем шанс выбросить комбинацию Фагимасада одним броском игральных костей.

Противник уже ждал. Он был среднего роста, с серым суровым лицом и выгоревшими, когда-то рыжими волосами. Ещё не старый, крепкий мужчина в одежде из нарочито грубых волчьих шкур. В руке — уже обнажённый акинак, тот самый, про который говорила Агра.

Если бы Лик встретил его на улице Новой Столицы, то не обратил бы внимания.

Вождь тавров не произносил ни одного слова. А до этого говорил, но сам не показался. Почему-то не удавалось совместить тот голос с этим человеком.

Лик не стал над этим раздумывать. В его положении достаточно одержать победу. А проникать в чужие коварные планы будем потом.

Невриец вскинул жезл, словно копьё левой рукой и достал свой кинжал.

Лик не просто так требовал именно кленовую ветку — вырезанный из лёгкой древесины, жезл был легче кинжала и почти не ощущался в руках, хоть и был очень прочным. Такая мелочь может решить исход боя.

Лик сорвал повязку, уже голым встал в боевую стойку и оскалился, обнажив клыки. У ликантропов это получается особенно натурально.

В конце концов, какая разница, как ты умрёшь, если ты всё равно без брони — голым или полуодетым?

Разглядывая слабый блеск солнца на акинаке врага, Лик вдруг вспомнил, когда последний раз фехтовал. Это было лет в четырнадцать. С другом Авасием, на деревянных палках.