Глазами волка

Не знаю, правдива она или нет, но к твоему случаю отлично подходит.

Далеко, за Гирканским морем, жил один сармат из племени аорсов. А аорсы, как ты знаешь, до сих пор не признают городов. Они живут шатрах, ходят за стадами, и имущество считают в овцах и лошадях.

И вот этот аорс посватался к девице из другого племени и пожелал кочевать с её семьёй. Родичи невесты согласились, сыграли свадьбу по сарматскому обряду — я, если что, не знаю, как у них свадьба устроена — потом жених забрал своих овец, сел на коня и поскакал в стан невесты.

Но один вопрос не давал ему покоя. Какую славу он о себе оставил? Вдруг родня, когда он уже не может услышать, называет его дураком и рабом женщин?

К вечеру сармат уже не мог терпеть. Он сказал жене, что собирается совершить в горах жертвоприношение Аресу, вскочил на коня — и поскакал к стоянке своей прежней семьи.

Когда вдали показались знакомые шатры, он спешился и пешком подкрался к стоянке. Собаки узнали его и не стали поднимать шум.

Вот сармат подкрался совсем близко, спрятался за шатром и стал слушать, что говорят.

Он угадал правильно. Говорили о нём.

— Какой он смелый,— говорила его бабушка,— Не побоялся уйти в семью чужаков, чтобы новыми подвигами показать, что он настоящий мужчина.

— Какой он красивый,— говорила его мать,— Он уговорил выйти за себя такую красавицу.

— А ещё он бестолковый,— сказала маленькая двоюродная сестра,— Однажды ночью вышел в поле, но, наверное, о невесте задумался.

Поэтому не заметил, что мочится прямо на шатёр. Я просыпаюсь, трогаю — а у меня под лежанкой уже мокро, и ещё и ещё подтекает...

Тут сармат не выдержал. Выскочил из-за шатра, схватил девочку за шиворот и как начнёт её трясти!..

— Следи за своим языком, мелкая!— кричал он.— Какая разница, куда и как я мочился? Ты что — не видишь, что меня больше здесь нет?!

— Вот ты — как тот сармат, пусть ещё и не женатый,— пояснил Ихневмон,— Думаешь, что если уберёшься из города, тебя тут немедленно забудут.

Не забудут! И мятеж припомнят, и всё остальное. Гераклу до самой смерти не простили его безумие, сколько подвигов он не совершил. А вам, волкам, тем более ничего не простят. Слышал наверное, что нельзя с волками и медведями заключать мира?

Часть IV. Таврийские горы

Часть IV. Таврийские горы

Глава 18. Как Лик оторвал себе голову

56

Изгнанники шли через дикие горы Таврии.

Тропа извивалась, словно пойманная змея.