Воин перехожий

Воин перехожий

Дмитрий Морн

Пролог

Тишину огромного белоснежного зала из мрамора рассёк звук уверенных злых шагов.

— Где он?! — Яростный женский голос прокатился под сводами, отразился от множества колонн.

Ответом послужила лишь молчаливая тишина, и женщина с низким рыком зашагала ещё быстрей. В чёрном стальном доспехе, настолько изысканном, насколько и хищном, она была похожа на дикого хищного зверя, пока что смиряющего свой нрав. Но каждый шаг её сопровождался шипением плавящегося белого камня, а вокруг стройных ног, обтянутых сталью, поднимались струи серого дыма.

Волосы алого цвета рассыпались по её плечам яростными реками огня и крови, удерживал их лишь тонкий серебряный обруч с жёлтым камнем на лбу.

— Ответь мне! — Взгляд оранжевых глаз со змеиными зрачками обратился к величественной пятиметровой статуе гиганта в белой тоге, отороченной золотом. Гигант стоял у портального окна во всю дальнюю стену зала и наблюдал, как посреди бескрайнего звёздного пространства массивная планета мерцала двумя цветами: бурым и бело-золотым.

Белый свет ослеплял великолепием, не давая противнику расширить власть. Он окружал, дробил на части и стирал с лица планеты.

— Брат! — На этот раз в голосе женщины засквозило бешенство, а рука потянулась к рукояти хлыста, что, как верный зверь, по первому желанию хозяйки был готов превратиться в огненную реку, с яростью стихии сметающей всё на пути его госпожи. Чёрный меч, впитавший кровь бесчисленных смертных и десятка богов, она решила не обнажать.

Пока. Но если ответа не будет и сейчас.

— Он решил вернуться. — Гигант из мрамора развернулся к женщине. Лицо его было невозмутимо и величественно, свет золотых глаз прошёлся волной по залу, изгоняя тени и запах гари, просочившиеся в его обитель следом за гостьей.

— И ты помог ему? Так? — Ладонь сжалась на хлысте, красивое лицо исказил хищный оскал. — У нас был договор. — Прорычала она. — Он мой! Мой Чемпион! И ты отправил его... — Она замолчала, оранжевые глаза подёрнулись кровавой поволокой, и в стороны ударило волнами силы.

Камень стен дрогнул, пошёл трещинами, а в воздухе запахло гарью и жжёной плотью, кипящей кровью, послышался далёкий хор криков агонии тех, что пали от гнева богини.

Мраморный гигант был всё так же невозмутим, только каменные брови чуть двинулись, видя ущерб его жилищу.

— Он был твёрд в своём намерении. — Спокойный голос волнами распространялся по залу. — Его воля не слабее нашей, и ты знаешь это.