Воин перехожий

И его договор с нами давно исполнен, о чём ты не соизволила ему сообщить, дорогая сестра. — Сказал он с лёгкой укоризной, но женщина продолжала излучать волны силы, крошащие прочнейший камень всех миров, и взгляд её застывших в ярости глаз не предвещал ничего хорошего. Гигант решил добавить: — Я не мог настаивать, потому что он отказался от всех наших даров.

— Что? — Женщина растерялась на мгновение, сила схлынула, а оранжевые глаза впились в каменное лицо, ища там подтверждения, что слух не обманул. Через мгновение, поняв, что сказанное — правда, волосы её взметнулись огненной гривой: — Мерзавец! Неблагодарный смерд! — Рука потянулась к чёрному мечу на поясе, и тут гигант не решился испытывать судьбу.

Свет вокруг сгустился до такой степени, что даже она со своей силой не могла пошевелиться. Всё-таки на собственной территории её брат был чрезвычайно силён.

— Отпусти меня, — выкрикнула она, пытаясь высвободиться.

— О, прошу тебя, сестра, ты первая же и пожалеешь об этом, — сказал он и усмехнулся, видя в хищных глазах спесивое отрицания. — Кроме того, нам нельзя больше вмешиваться в жизнь его мира. Ты знаешь, чем это грозит.

Ответом ему было недовольное ворчание. И гигант с облегчением внутри бросил короткий взгляд на висящую у него за спиной планету посреди космической пустоты. Золотистый свет тонким слоем покрывал всю поверхность. Враг был сломлен.

Глава 1

Первым, что он ощутил после перехода, было дуновение прохладного ночного воздуха. Оно боязливо, почти невесомо коснулось разгорячённой от буйства магии кожи. Мышцы горели от боли, и онемевшее тело было пока что неподвластно ему. Он замер окаменевшим гигантом, со взглядом устремлённым вниз, будто преклонивший колено рыцарь. Только вот на нём не было ни верных доспехов, ни дорогих одежд, да и вместо мраморного пола какого-нибудь тронного зала под ним была оплавленная чёрная земля.

Прошло, наверное, с полминуты — внутренние часы пока не привыкли к этому миру, — прежде чем он смог распрямиться. Обнажённое мощное тело разогнулось нехотя, как древний вековой дуб под порывами ветра. Из горла вырвалось недовольное рычание. Давно он не чувствовал себя настолько слабым.

Повёл плечами, раскрывая грудь, прочувствовал постепенно уходящее напряжение, и его взгляд устремился вверх, в ночное небо. Небо, вид которого он почти забыл за долгие годы.