Дуэльный Кодекс. Том 1: Проект "Геката"

Впрочем, ты в любом случае умрешь, Хлебов.

– Хлебов, – хохотнул он, – наверное, нужно было лучше выбирать поддельное имя. Оно стало меня бесить уже на второй месяц, – а потом Борис бросился на меня.

Прыгнул, как зверь. Прямо на лету медальон на его шее блеснул, по телу побежали синие молнии. Оно немедленно стало меняться.

Я же, сделал шаг вперед. Навстречу чудовищу, в которое превратился Хлебов. Блеснуло снова, но теперь белым. Молнии ударили вокруг меня, лопнула рама старинного зеркала. На заклинании Звездного Пути я метнулся вперед и прожег плоть твари.

С грохотом и шумом мы поменялись местами.

Я обратился в человеческую форму за спиной Хлебова. Заскользил по землистой почве пещеры и почти сразу обернулся.

Хлебов с жутким шумом и звоном врезался в зеркало. К тому времени он уже перестал быть человеком. Огромный медведь-оборотень повернул ко мне широкую зубастую морду. Широко разинув пасть, завыл.

Опустив голову, он тронул длинным языком глубокую выемку на мускулистой руке. Полукруглая рана от звездного пути дымилась.

Лапа повисла плетью.

– Больно? – сжал я зубы.

В ответ он завыл вновь. И бросился. Я использовал Мясорубку.

Полупрозрачные острые зубья впились в тело медведя. Глубокие кровавые раны открылись на толстой шкуре. Однако тот даже не замедлился.

Быстро, как молния, я переключился на привычный Мешок Мести. Синяя полусфера открылась передо мной, и могучая лапа медведя с треском врезалась в магический барьер. Он тут же начал окутывать тело зверя.

Тем не менее, масса твари была велика, меня толкнуло назад.

С трудом я удержался на ногах. Сжав зубы, я крикнул и направил магию вперед. Мешок Мести хлопнул и отбросил медведя. Бурая туша упала навзничь. Некоторое время огромной горой она лежала на полу, потом зашевелилась.

Руптис! – крикнул я – и красная капля впилась в тело зверя и рванула внутри. Большая кровавая рана открылась на плече, но это его не остановило.

– Руптис максима!

Хлопнуло так, что зверя отбросило вновь. Он ударился о стену. Вся мебель затряслась. С потолка посыпалась земля.

Заморгала единственная лампа, и даже вороны каркнули в своем шкафу.

Тварь с развороченной грудью лежала на спине, у самой стены. Из раны торчали белые сломанные ребра. Кровь ручьями текла по шкуре зверя. В следующее мгновение он стал принимать человеческий вид. В пару секунд зверь снова превратился в Бориса Хлебова или барона Петрина.

На теле человека не осталось и следа тяжелых ранений. Глубоко дыша, он лежал на земле, но через мгновение поднялся.