Возвращение чародея

– С этой стервой Викторией? – уточнила Карин. – И с ней ты смог? А со мной не можешь?

– Ты знаешь, что такое афродизиак?

– Знаю. Что-то вроде приворотного зелья.

– Э… да. Она дала мне понюхать афродизиак. Очень сильный. Боюсь, что я был не в себе… плохо соображал.

– А когда ты вообще хорошо соображал? – съязвила Карин и вдруг обвила меня руками. – Бедненький… Она изнасиловала тебя, при этом отрезая от тебя кусочки? Почему ты не позволил мне ее убить?

– Потому что я жив.

– Это еще не повод проявлять милосердие, – сказала Карин. – Докуривай свою трубку, и мы просто полежим рядом. Будем целоваться и все такое. Я хоть целуюсь лучше, чем она?

– Не знаю. Ей было не до поцелуев, хотя напоследок Владычица Виктория меня все-таки поцеловала. В лоб.

– Я убью ее, – шепнула Карин мне на ухо. – Когда ты меня бросишь ради прекрасной эльфийки, я вернусь в Город Людей и зарежу эту стерву.

– В таком случае, я боюсь, что Владычица Виктория будет жить вечно.

– Опять врешь.

– Вот и нет. Если ничего не получится, я могу… по-другому. Я слышал, есть способы.

– Ты правильно слышал, способы есть. Но по-другому я могу и сама, без тебя. Ты нужен мне весь, понимаешь?

– А ты – мне.

Заснули мы только перед рассветом.

Утром сэр Ралло, чей номер был через стенку от нашего, одарил меня очень странным взглядом. Полагаю, он умирал от любопытства, но у него хватило выдержки и такта, чтобы ни о чем не спрашивать.

На конюшне мы раздобыли несколько лошадей, и Гарланду не пришлось бежать весь следующий день. Впрочем, по-моему, вчера он совсем не устал.

Конный Гарланд старался держаться поближе к своему королю, но сэр Ралло снова отослал его вперед.

– Ты сияешь, как медный таз, красавчик, – заметила Карин. – А, по-моему, мы совершили большую ошибку.

– К сожалению, не такую большую, как я хотел бы совершить.

– Тебе все шуточки, – возмутилась она.

– Ты же знаешь, я врун и идиот.

– Я сама дура. Знала ведь, что спать с тобой – проявление непрофессионализма.

– Технически у нас так ничего и не получилось.

– Тебя это расстраивает?

– У нас впереди много времени, чтобы постараться исправить ситуацию.

Она покачала головой:

– Давай не будем думать о времени, которое у нас впереди. Потому что там очень разные отрезки. Твоя тысяча против моей сотни.