Дураки и Дорога

У вышедшей к огню твари были длинные тонкие ноги, уходящие в неизмеренную глубь Зыби, массивное обтекаемое тело в плотном перьевом мешке и гибкая чешуйчатая шея. Голова оказалась лишена кожи, просто желтые кости и мощный, тяжелый клюв.

Росту в твари было — на двух ражих мужиков с избытком хватило бы.

Первым отреагировал Старший. Гиш не заметила, когда мужчина совлек стальной пояс — увидела лишь серебристую вспышку, а головоломка качнулась, будто ее оттолкнули. Так и было, собственно — гибкий меч ахнул тварь по уязвимой точке, по зобу, прикрытому лишь кожаным панцирем.

Головоломка щелкнула клювом, присела от боли и встряхнулась, сбрасывая перья. Гиш поспела заслониться полой плаща, вымоченного в рыбьей слюне, почувствовала, как разом отяжелела накидка, принявшая на себя добрый десяток отточенных перистых игл. Остальных спутников защитил Младший — раскинул руки, и Гиш даже различила выпуклый щит, по которому скатились перья. В верхнем углу полусферы перекликались цифры, внизу строчка за строчкой бежали символы и буквицы.

Головоломка двинула шеей, клюнула щит в одном месте, ударила в другом, а больше не успела, потому что клюв ее оплела стальная полоса. Старший повел на себя, и тварь не своей волей вытянула шею, топорща чешую.

Гиш распрямилась и на выдохе метнула гарпун.

Предназначенный для усмирения Дорог, снаряд поразил цель, заставив птицерыбу с протяжным стоном осесть набок. Совсем головоломка не упала — спасла третья конечность, выпроставшаяся из кожаного мешка под шеей. Головоломка не умела вытащить из Зыби ни одну из двух ног, но третьей конечностью она выучилась манипулировать вполне достойно.

Что и сделала — сначала выдернула гарпун, будто щепку, а потом ухватила обмотавший клюв «намордник» и потянула. Птенец не пожелал расставаться с оружием так просто, крепко уперся, широко расставив длинные ноги.

Гиш, пользуясь тем, что все внимание костистой сосредоточено на Кукушонке, прокралась ближе, еще ближе, зайдя почти под брюхо твари. Душно пахнуло раскисшей рыбой, гнилой травой и жирной грязью.

Птица сумела высвободиться — протяжно крикнула, хлопнула клювом, пытаясь ухватить проворную серебристую ленту, и третьей лапой потянулась к Гиш. Девушка шустро отскочила, отмахнулась гарпуном — оружие скользнуло по жесткой броне перьев и ткнуло зоб. Гарпунер присела, когда над головой оглушительно щелкнул клюв. Кикс в две ладони выиграл для Гиш жизнь.

О, Мать Страха...