Демон-вымогатель мелочи

Сие зрелище произвело на девушку неизгладимое впечатление. Ей была настолько противна мысль, что придется падать на эту гадость, что она, будто бы и в самом деле находя свои действия разумными, замахала руками, пытаясь взлететь.

К счастью, Плюфки ее перед этим нагнали и таки поймали.

— Прости-с, но так быстрее, — пояснила их поступок змея. — Ты тяжелая-с, и спускать тебя через весь тоннель мы бы не смогли.

Глу промолчала, чувствуя, что если только откроет рот, ее тут же стошнит.

Прямо за глазом наблюдался проход в большой темный зал — туда малышки и понесли ее.

Внутрь попадало совсем немного света из туннеля, и Глу было сложно рассмотреть фигуры людей, коими были исписаны все стены, пол и потолок.

Впереди тускло мигал маленький глазик. Когда троица причалила к нему, Глу заметила, что он мигает над большим зеркалом, закрепленным в каменной оправе. Кроме него, по всей видимости, здесь больше ничего не было — хотя места было столько, что сюда свободно вместилась бы профессиональная волейбольная площадка — с трибунами и всем остальным.

Некоторое время глазик изучал Плюфок и затем произнес:

— Мари и Кобра. Принято.

Теперь Глу знала их имена. Какое кому принадлежит, определить уже было несложно.

Девочки кивнули сами себе — и пролетели через стекло.

В следующее мгновение перед глазами грешницы предстала совершенно другая картина. Она покинула тот темный, холодный зал, и очутилась в новом — светлом (свет, идущий неизвестно откуда, был так удачно отрегулирован, что глазам становилось приятно как от массажа) и теплом (температуру выставили на такой градус, что тело расслаблялось само по себе, будто его натерли специальным маслом, от которого хочется лечь — и лежать до скончания веков).

Как только ее спустили на ковер, коим был устлан весь пол, Глу первым делом подбежала к большому мягкому дивану и развалилась на нем. Другой мебели здесь не было. Как и чего-либо другого.

Хотя нет, не совсем так. Было еще кое-что.

Не в силах оторвать глаз от столь чудесной софы, Глу не сразу заметила, что перед ней, на голубой стене (впрочем, здесь все было голубым, разве что разных оттенков), висел огромный экран.

На нем значилось ее имя, написанное причудливым шрифтом, а под ним — символ, что был у нее на майке, и запущенный таймер. Судя по цифрам, до окончания отсчета оставалось чуть меньше года.

— Знаете, что-то не очень похоже на место, где людей стирают с лица бытия. Так в чем дело? — спросила Глу и обернулась. Но Плюфки внезапно куда-то исчезли.