Ригиторум. Эра разлома

Я успел зацепить Хармана за локоть, и мы вместе побежали в образовавшийся среди рядов неприятеля проход. Нагир и Ледж двигались справа и слева от нас, сдерживая врагов, пока мы не объединились с подступившим отрядом гвардии.

Дворцовые стражи были перепачканы в крови, своей и чужой. Некоторые из них подволакивали порезанные ноги, в задних рядах бойцы тащили тяжело раненых бойцов, но в целом отряд был готов сражаться и дальше. Руби подскочил к командиру гвардейцев и приветливо протянул ему руку.

Однако у офицера были свои мысли на этот счет. Не колеблясь ни секунды, он изо всех сил рубанул полуторным мечом. Кисть Руби была моментально отсечена с точностью профессионального ампутолога.

Из культи ударил фонтанчик яркой крови, которая забрызгала все вокруг.

Увиденное повергло меня в настоящий шок.

Я развернулся и кинулся бежать сквозь схватку, не дожидаясь, чем все закончится.

— Погрил! Во имя Солуса, что ты наделал?! — завопил за моей спиной Ледж.

Вместо ответа раздались новые удары, отвратительный железный скрежет и крик раненого. Обернувшись на бегу, я увидел, как Руби баюкает пораженную конечность на груди, пытаясь сдержать рвущий его грудь крик. Ледж и Нагир прикрывали командира с боков, отбиваясь от наседавших гвардейцев.

— Какого дьявола?! — спросил я у Хармана, которому удалось избежать гвардейских мечей. — Я думал, это рекситоры решат нас прикончить под шумок, а уж никак не телохранители короля! Зачем им это нужно?!

— Присмотрись внимательнее, — прохрипел Пит, задыхаясь после утомительного бега.

— Они же спятили!

Отбежав на насколько шагов от группы рекситоров, упорно сражавшихся с разбойниками, я вновь посмотрел на гвардейцев. Еще минуту назад эти бойцы весело улюлюкали, вступая в схватку. Они грамотно поддерживали боевой дух, громогласно оглашая окрестности воинственными кличами и синхронными ударами оружия об щиты. Теперь же они словно превратились в двойников напавших на нас “разбойников” — те же потухшие взгляды и угрюмая сосредоточенность на схватке.

Бойцы бились и умирали молча, не издавая криков боли и предсмертных стонов.

— Чертовщина какая-то, — сокрушенно опустил Харман голову, неловко пятясь подальше от схватки. — Нужно уносить отсюда ноги, и поживее!

— Согласен! — тут же подхватил я и побежал куда-то в лесную чащу, лишь бы между нами и сражающимися было как можно больше густых зарослей.