Вторжение в Мидгарт

— Падающую звезду? — удивился Сиггейрер, думая о том, что необычного могло быть в падающей звезде.

— Да, — ответил другой всадник, — звезда падала не так, как это обычно бывает. След, который она прочертила в небе, не исчез, а наоборот, стал светиться ярче. Я было подумал, что это мне привиделось, но Хати и Элунд видели то же самое.

Сиггейрер размышлял некоторое время над его словами, а затем спросил:

— Что произошло после?

— Ничего. Звездный хвост вскоре исчез, как будто ничего и не было.

— Это все?

Часовые кивнули.

Сиггейрер поблагодарил их и пришпорил коня, чтобы нагнать Вульфа, который оторвался далеко вперед. Сигурд и Сигрун поспешили следом. Когда они пошли вровень с ирмин-конунгом, Сиггейрер пересказал ему все, что удалось выведать у часовых. Вульф продолжал скакать вперед, никак не реагируя на услышанное. Сигурду даже показалось, что его брат вообще ничего не слышит, окутанный колдовскими чарами жуткого шлема. Неожиданно Вульф сказал:

— Следует двигаться на север.

— Почему? — спросила Сигрун.

— Там что-то есть… — загадочно ответил вождь, глядя вперед.

— Что думаешь о ночном событии, о котором поведали мои люди? — прямо спросил Сиггейрер.

— Это подтвердило мои худшие опасения, — ответил Вульф, — ётуны свершили над нами злое колдовство…

— И забросили нас в этот неведомый мир, в котором солнце даже в конце весны не поднимается над горизонтом, — закончила Сигрун его мысль.

— Совершенно верно, — согласился Вульф.

— Что ж, будем двигаться на север. Поглядим, где окажемся.

Сиггейрер обернулся в седле и жестом приказал людям прибавить шагу.

Сумерки сгущались, подкрадываясь со всех сторон и окружая скачущих верхом людей. Отряд продолжал движение при свете факелов. Однако Вульф заметил: несмотря на то что стало темно, сумерки не превратились в ночь, а застыли где-то посередине между светом и тьмой. На темно-синем небе горели несколько звезд, а западный небосклон отливал бирюзовым, преломляя лучи так и не поднявшегося над этой сумрачной землей солнца.

Они ехали некоторое время, пока Вульф не увидел причудливые силуэты гор над темным горизонтом. Присмотревшись внимательно, он заметил, что очертания странные и непохожие на те, что он привык видеть, прожив двадцать зим на фьордах Рогаланда. Линии были едва заметны на фоне темного неба, но их необычная ровность тем не менее сразу бросалась в глаза. Многие из воинов тоже заметили громоздившиеся у горизонта скалы, отовсюду послышался удивленный ропот.