Двойник Его Высочества III

— Заучивать не нужно, отходить от написанного тоже можно, в пределах разумного, — сказал Гордей Петрович.

— А цель какая? Показать, что наследник престола героический герой, что ли? — я уже попутно доставал телефон, чтобы немного обновить соц.сети.

— Вроде того. Вдохновить этих кадетов усердней учиться и тренироваться, — подтвердил канцлер.

— Какая чушь, — еле слышно выдохнул я себе под нос.

— Чушь или нет, но ты должен светиться в медиапространстве. Особенно сейчас — после нападения. Это правильно. Это покажет, что и наследник в порядке и что мы, как и прежде, рассчитываем на гвардию и Конвой, а не сидим в страхе, подтверждая плохую квалификацию элитных подразделений.

— А, — я усмехнулся. — Но так-то над квалификацией всё-таки стоит поработать.

— Не язвите. Таких случае не было очень давно, да и никто в итоге не пострадал. Ты не один там проявил свои силы.

Канцлер стоял ко мне достаточно близко, чтобы нас не мог услышать никто лишний, но кадеты уже вползали в зал и любопытно «закидывали» уши, чтобы послушать наш разговор.

— Кыш, — одному такому мальчишке сказал канцлер, когда кадет слишком долго задержался рядом с нами.

— Как-то не по этикету, — я проводил кадета взглядом.

— Зато эффективно, — бросил Гордей Петрович. — Держи себя в руках и не твори лишнего. Нам сейчас совершенно не нужны провокационные новости и какие-то выходки.

— Понял-понял, — я примирительно поднял руки. — Можно уже выходить на сцену?

Я кивнул туда, где стояла трибуна под светом прожектора.

— Поднимайся. Помни, это дети, они, сами того не зная, могут задать провокационные вопросы, думай, прежде чем говорить.

— Я понял.

В сопровождении гвардейца Конвоя я пошёл на сцену.

Честно говоря, боевой настрой сменился жутчайшим дискомфортом. На телевидении я так себя не чувствовал. Перед глазами был зал размерами в три раза больше студийного, к тому же, никто его не собирался затемнять, и я видел всю эту толпу кадетов.

— Ладно, что нам, впервой что ли, — буркнул я себе под нос.

Глава 4. Пиар-кампания и прошлое

Директор кадетского корпуса перед моим выступлением прочитал короткую речь и дождался, пока все присутствующие, наконец, утихомирятся.

После продолжительных аплодисментов, я, наконец, начал речь. Приходилось заглядывать в схематический план речи, чтобы не забыть упомянуть о некоторых моментах.