Темный орден (Оболенский, том 3)

— А я присоединюсь к вам, темный брат, — слабо улыбнулась Дашкова. — В конце концов, сейчас решается моя судьба. И, полагаю, она будет незавидной.

Луций продемонстрировал великолепный глазомер, лихо плеснув крепленого вина в вытянутые рюмки. Перед нами на столике возвышалась фруктовая композиция. Кофе здесь не было, но я нашел кувшин с водой и плеснул себе немного, чтобы не сидеть с пустыми руками.

— Не уверен, что с вами поступят по всей строгости, Юлия Дмитриевна, — отозвался Луций, пригубив немного темной жидкости.

— Если Совет убедится, что вся ответственность за содеянное лежит исключительно на плечах Примогена Эребуса, то приговор для вас будет мягким.

Я задумчиво крутил гранёный стакан в руках.

— Из Эребуса сейчас так удобно сделать козла отпущения, не так ли? — улыбнулся я.

— Как дисциплинарий, смею вас заверить, что Примоген виноват как минимум в двух нарушениях. Первое — он скрыл от Ордена носителя темного дара. Второе — вовлек его в преступление в обход Ордена. Это серьезные проступки, и подобное не должно сойти с рук даже Примогену.

— Лишь потому, что это вскрылось, — предположил я. — Преуспей Юлия Дмитриевна, всего этого крика бы сейчас не было.

Дисциплинарий пожал плечами.

— Возможно. И все равно мать Друзилла инициировала бы разбирательства. Все мы прекрасно понимаем, что со сменой имени и вступлением в Орден родовые связи так быстро не обрываются. Она печется о вас, Владимир. И стала беспокоиться еще сильнее с тех пор, как у вас обнаружился темный дар.

Полагаю, Юлия Дмитриевна оказалась в похожей ситуации, — дисциплинарий поставил рюмочку на стол и уставился на девушку. — Ведь, насколько я помню, Примоген Эребус некогда носил фамилию Дашков и принадлежал вашему роду?

Девушка криво улыбнулась и в три глотка допила свой портвейн.

— Верно, брат Луций. Вы хорошо осведомлены.

— Из происхождения Примогена Эребуса не делали тайны.

— Зато сделали тайну из меня, — хмуро ответила Юлия. — До поры до времени.

Жестом заправского официанта Луций вновь наполнил ее сосуд и едва заметно подмигнул мне.

Дескать, нужно ловить момент, пока дама в настроении — может рассказать что-нибудь интересное.

Но мне и так было понятно, что случилось.

— Примоген не собирался вечно держать меня в тайне, — сделав еще глоток, Дашкова чуть ослабила черный шарфик на шее. — Разумеется, все понимали, что рано или поздно обо мне узнают в Ордене. Просто Примоген... Его довольно рано забрали в Орден, в двенадцать лет.