Эльфийская сага. Изгнанник

… Тишина подземелья жила своей особенной жизнью. Недалеко шуршали воздушные струи, стекавшие со стен шорохом осенних трав и цветов. Под сводами посвистывал пронизывающий ветер. Где-то далеко стонали пленные – то ли орки, то ли гоблины (у эльфов не имелось столько клыков, клацавших сомном ножей). В углу копошилась слепая летучая мышь. Габриэлу не требовалось открывать глаз, чтобы понять - ночная бестия медленно скреблась коготками о торчащий конек и, покачиваясь вниз головой, распахивала блестящие крылья с изорванными краями.

Из коридора послышалась мягкая поступь и шелест халлийских шелков, хрустальный перезвон браслетов, треск огня и редкие вздохи. Поступь стала отчетлива, эхо шелков отдалось гулом, пахнуло сладостью амариллиса.

- Лира, - Габриэл приподнял голову.

К решетке прильнула невысокая тень. Она откинула капюшон, и молодой шерл узрел облик невесты.

- Зачем вы пришли? Вашему отцу это не понравится.

- Я все знаю, мой шерл, - голос Лиры дрожал, - столица не спит. Слухов столько, что не знаешь, какие правда, а какие ложь, - пожаловалась она.

От факела в ее руке по кривым и скользким стенам плясали рыжие огоньки.

- Слухи?

Лира всхлипнула и кивнула:

- Говорят, вы приложили руку к убийству Теобальда и готовили переворот. Это правда?

- Правда, как всегда, где-то между строк, миледи, - устало молвил воин, и лег обратно: доказывать всем и каждому свою невиновность то, чего он сейчас хотел меньше всего.

- Говорят, у Его Величества есть доказательства.

Судя по тону, темная эльфийка искренне верила в виновность жениха, и в отличие от отца - теплых чувств к нему не питала.

Звякнув цепью, Габриэл прикрыл глаза ладонью. Только ее истерик и не хватало.

- Ответьте. Вы убили Теобальда?

- Нет.

- Но вы к этому причастны?

- Миледи, я не могу сказать всей правды.

- Как вы могли, - Лира не скрывала презрения, - а я… я еще собиралась за вас замуж. Мой отец задурил мне голову вашими достоинствами, вашим благородством, вашей доблестью и я ослепла. Я видела в вас то, что видел он, и не поняла, что под неотразимой внешней красотой скрывается настоящее чудовище. Я проклинаю тот день, когда согласилась стать вашей супругой! Этим я запятнала себя и свой род.