Двое из легенды

Та кивнула и пустилась в путь.

Старейшина тоже медлить не стал, развернулся и отправился назад, в деревню.

В это же самое время в сердце Запретного леса заклинание разорвало в клочья защитную сферу возле хижины. К счастью, Ос уже отослал сына подальше.

— Ну здравствуй, Ульрих, — на поляну шагнул мужчина в изумрудном плаще с вышитым силуэтом коршуна на груди.

— Кремкрих.

— Как видишь, я снова без приглашения, — незваный гость лучился самодовольством.

— Что тебе нужно?

— Твою душу, братец.

В Оса полетел огненный шар, столкнувшись с точно таким же, пущенным навстречу.

Вспышка, взрыв, снова вспышка... Магия Запретного леса искрила от чужеродного вмешательства, пробуждая нежить и темных тварей. Те, что помельче, глубже забились в норы, те, что посильней, сползались к поляне, толпясь и пожирая друг друга.

— А ты все еще силен, — вытирая кровь, бегущую из царапины на лбу, произнес Кремкрих. Ос ответил новым ударом. — Старый прием, братец, — колдун отбил его, усмехаясь. — А теперь попробуй вот это, — и на бывшего короля обрушился поток сминающей силы, припечатывая к стволу растущего позади дуба.

Ос вскрикнул. Глаза его закатились...

Остикус почти подошел своему дому, когда защита над деревней исчезла.

* * *

Деревья на склоне росли плотно, но магии в них не было. Уворачиваясь от цепких ветвей, перепрыгивая через змеящиеся корни, Рейн мчался вниз, не отвлекаясь на оборону, полностью оправдывая значение имени, с которым прожил последние пятнадцать лет — «стремительный».

Шум битвы становился громче, запах гари усилился. Когда деревня полностью открылась взору, Рейн увидел объятые пламенем крыши крайних домов. Повинуясь инстинкту, нырнул вбок, под прикрытие сломанной сосны — неподалеку, на пятачке между деревьями гарцевали четверо всадников в черных плащах. «Стервятники», как называли в народе карателей Кремкриха, потому что там, где они появлялись, всегда воцарялась смерть.

Трое, свистя и улюлюкая, поддерживали криками товарища, который пытался втащить на лошадь брыкающуюся девчонку.

Та сопротивлялась изо всех сил, что ужасно забавляло карателей. Наконец старший снисходительно произнес:

— Ладно, хватит дурака валять, хозяин ждать не любит. Грух, иди помоги. Двинь ей как следует и вяжи, и без того задержались.

— Да ладно, зато с подарком приедем, — ответил один из всадников, спешиваясь и снимая с пояса моток веревки. — Деревенские-то отбиваются. Может и не удастся никого схватить, а эта сама в руки прыгнула.