Торнан. Книга II Последнее звено.

Трое безмозглых мардонийцев, занесенных невесть какими ветрами в Килльдар, решили славно подшутить над «тупым дикарем». И поймав в лесу пару ни в чем не повинных ежиков, приготовили из них похлебку, густо приправив травами и кореньями. Затем зазвали его в свою хижину, якобы на дружескую пирушку, а когда бедолага с аппетитом употребил варево, под бутылочку доброго эля, со смехом показали ему колючие шкурки и ушастые головки зверьков...

На следующий день Торнану пришлось присутствовать при погребении трех своих солдат, разделанных мечом не хуже тех ежей, а еще через три дня –при казни четвертого.

–Долго не мог решить император Кронотий –что делать ему? –продолжал книжник между тем. Но в глубине души по достоинству оценил его глубокое гостеприимство, и поблагодарив Йиара за оное, спешно покинул скромное обиталище нобиля.

Но повелел сделать запись о том золотыми буками в храме Священных Предков по возвращении в столицу.

А по смерти старого сенатора дом его был объявлен неприкосновенным, и руины его по сию пору можно увидеть в области Ермис.

С тех пор и появился у нас обряд великого гостеприимства, коим положено чтить лишь особ венценосной крови, и который столь редок, сколь и благороден…

И с тех пор во многих знатных домах имеется особая печь для обряда великого гостеприимства. Имеется она в доме и герцога Мархо, и будет уже скоро использована по назначению. Печь эта, скажу вам, – излагал Сфинн, –не совсем обычной конструкции…

Торнан обвел взглядом хозяев – герцога и книжника.

–А… осмелюсь, спросить, – почтительно прервал Чикко. Наследник престола так сказать будет… ээ.. есть… блюдо??

–Нет, что вы, –снисходительно улыбнулся герцог. Как можно –мы же не дикари. Он поблагодарит меня за изысканное и ценное угощение, после чего плоть моей дочери будет захоронена в фамильном склепе…

Что-то изменилось в выражении лица его спутницы, и Торнан вдруг понял: что она собирается делать.

Мысленно проклял самыми страшными проклятиями судьбу, приведшую его сюда. Помянул всех демонов и богов до Йух’хиббола С’сагга включительно.

С тоской еще раз поглядел в глаза Мариссы.

Запоздало подумал, что нужно было тогда в самый первый день ей чего-нибудь сломать или даже слегка подрезать эту бешеную девку.