Разбитые Очаги

Я буду обращаться к тебе на “ты”, сам можешь делать так же. Или выкать, как прежде — мне плевать. Не вздумай оскорбиться и вызвать меня на дуэль или всадить нож в спину.

— Вы… Ты переоцениваешь значимость традиций и этикета, Аделард, — рыцарь покачал головой. — Мне бы и в голову подобное не пришло.

— Да кто вас, лоскутных, знает, — буркнул я, — Все, поехали.

Глава 19

До замка добрались быстро. Усталые, голодные и насквозь промокшие под усилившимся дождем. Ворота оказались закрыты, и Чурант долго колотил по дереву, прежде чем из-за массивных досок послышался приглушенный лязг засова.

— Калитка же есть, — заметил я, покосившись на врезанную в тяжелую створку дверцу.

— Это ты знаешь, — ответил Чурант. — И я знаю. А заснувший на посту разгильдяй начисто забыл. Но это ничего: я слышал, вечерние упражнения с тяжелыми грузами хорошо укрепляют память.

За время короткой поездки он успел вернуть самообладание. А еще, к моей радости и удивлению, начал изъясняться почти нормально, без нагромождения до абсурда нелепых и заковыристых фраз.

Ворота наконец открылись.

Мы молча проехали мимо ошалевшего, тяжело дышащего стражника в криво сидящей стеганке. Оставив скакунов на конюшне (в отличие от проштрафившегося солдата, давешний пацаненок и не думал спать) мы снова вошли в замок.

На этот раз Чурант повел меня другой дорогой. Миновав несколько коридоров и лестниц, мы оказались в большом зале с высоким потолком.

Помещение было заполнено людьми. Около двадцати человек расположились за длинным, уставленным посудой столом в центре зала.

Во главе восседал коренастый мужчина с тонким серебряным обручем в темных, тронутых сединой волосах. Напротив, на другом конце стола виднелась строгая фигура Джосаины. По левую руку от нее сидела еще одна женщина, а за спиной застыл в полупоклоне угрюмого вида старик. Все остальные присутствующие, за исключением сновавших туда-сюда слуг, были мужчинами.

Мрак в помещении разгоняли висящие на стенах факелы, в беспорядке расставленные свечи и редкие магические светильники, но главным источником освещения служил огромный, сложенный из чудовищного размера валунов камин.

В пасти этой исполинской печи пылала, наверное, целая телега дров. Оранжевые сполохи тут же расцветили доспех Чуранта, а от моей куртки пошел пар.

— О, Чурант! — заметил присутствие новых лиц черноволосый.