Разбитые Очаги

— Верен себе: даже жрать идешь, не снимая железа!

Нестройная волна смешков прокатилась по залу. Лишь Джосаина с своей свитой сохранили каменное выражение на лицах.

— Князь, — Чурант преклонил колено и жестом велел мне сделать то же самое.

Я остался стоять, отделавшись легким поклоном.

Князь нахмурил кустистые брови:

— Кто это такой дерзкий с тобой, Чурант?

— Егерь, мой господин, — ответил блондин, не поднимая головы. — Он здесь, чтобы помочь леди Листее.

— А что, егерям нынче зазорно нормально поклониться? — недобро спросил князь.

— Нет, ваша милость, — ответил я. — Но у меня больное колено. Если сделаю как ваш рыцарь, могу и не встать.

Князь, кажется, удовлетворился моим ответом:

— Ну иди сюда что ли, знакомиться будем. Как там тебя?..

— Аделард, — я подошел ближе.

Чурант тоже встал и тенью следовал за мной.

— О, надо же! — восхитился князь. — А я Адалид! Это же как тезки!

— Общность звучания есть, — сдержанно улыбнулся я, разглядывая князя.

Черные волосы, безбородый, одет по-походному, под ногтями и кое-где на одежде грязь, местами видны пятна засохшей крови.

— Общность-херобщность, — передразнил Адалид. — Я те говорю — тезки!

Он повертел головой и ткнул заскорузлым пальцем в плешивого мужичонку, занимавшего место слева:

— Слышь, Миркос, тезка, говорю, пожаловал!

— Ага, — ответил Миркос осторожно.

— Что “ага”? — уставился на него князь и со значением повторил. — Тезка! Так что давай, сдристни куда-нибудь.

Миркос молча встал и под сочувственные возгласы и похлопывания по плечу пересел куда-то в середину стола.

Князь снова перевел внимание на меня:

— Садись, егерь, поболтаем. А ты это… — обратился он к продолжавшему молча стоять Чуранту. — Тоже не стой толбом. Иди вон, поешь чего-нибудь. Мы тут сами, без тебя.

— Слушаюсь, господин.

Мы остались с князем наедине. Вернее, в окружении целой кучи людей, но ощущение было именно такое. Присутствующие подчеркнуто игнорировали меня, разговаривая между собой и лишь изредка бросая в мою сторону любопытные взгляды.

Князь лично пододвинул ко мне полное жаренного мяса блюдо и налил вина из объемистого кувшина:

— Угощайся, егерь. Кабанятина, молодая — самый сок! Лично завалил, вот этими руками! — он потряс перед моим лицом широченными ладонями с совсем не-господского вида мозолями.