Полночная звезда

Вместо копыт его массивные лапы опирались на пальцы с длинными когтями. Это свирепое животное не подпускало к себе никого, кроме царя, поговаривали, что моропус*, обитатель полночных лесов, был подарен Адимеру сами Тотом.

Жеребец приветствовал своего хозяина странным звуком, более похожим не на ржание коня, а на рычание махайродуса. Адимер сел верхом на моропуса прямо во дворце и лишь затем выехал из ворот на площадь. Он никогда не передвигался пешком на людях — подданные не должны были видеть ущербность своего повелителя.

Процессия последователей культа Тота потянулась к городским воротам. Впереди шествовал сам верховный жрец Менк. В руках он держал серебряный жезл с бунчуком из конских хвостов. За ним жрец помладше рангом нес золотой ларец. По преданиям в этом ларце билось живое сердце самого Тота, но видели его лишь немногие посвященные. За жрецами следовал царь Адимер верхом на своем устрашающем жеребце. Следом двигались остальные жрецы, они шли колонной по двое, склонив головы и скрестив руки на груди.

За жрецами, так же в оцеплении воинов, следовали связанные кожаными ремнями рабы арамейцы. Следом, сотрясая воздух жуткими звуками, шагали музыканты с трубами и барабанами. За музыкантами, подвывая в такт реву труб, беспорядочной толпой двигались горожане. Замыкала шествие колонна воинов.

— Куда нас ведут? — спросил один из пленников у своего товарища.

Тот покосился на него и ничего не ответил. Никчемность вопроса была очевидна, слухи о жутких обрядах хишимерских жрецов ходили по всему побережью Круглого моря. Рабы знали свою участь.

Среди пленников выделялся молодой арамеец, высокий и широкоплечий. Его единственного сковывали бронзовые цепи. Это был довольно известный в Арамее человек — отчаянный дерзкий рубака, любитель женщин и буйных пирушек, легардийский князь Арпелий. Этот боец не привык сдаваться на милость победителя, его пленили в беспамятстве, оглушенного в битве, и теперь князь отчаянно перебирал в уме все мыслимые способы побега.

Процессия покинула границы города и вышла в пустыню. После недолгого пути Менк остановился. Каменное плато обрывалось, дальше чернела бездна.