Твари империи (книга 1)

– Мёртвым всё равно, – возразил из упрямства Дамматрик, хотя при упоминании о могилах вздрогнул наравне с остальными.

– Почему ты заговорил о могилах, колдун? – потребовал Оборн ответа.

Отобрав у мальчишки свечу, Ривси показал на стены. На высоте человеческого роста их покрывали борозды и выбоины, которые при более тщательном рассмотрении складывались в символы.

– Литийские иероглифы, – пояснил Ривси. – Большинства из них я не знаю. Но некоторые до сих пор используют в алхимических прописях. Вон тот, похожий на кораблик означает Путь.

Он же в зависимости от контекста может означать обучение или к примеру религию. А этот, из девяти горизонтальных чёрточек сложенных в пирамидку, означает, друзья мои, ничто иное, как Город Мёртвых

– Мёртвых?! – переспросила Ильметра.

– Это не случайное совпадение, – сказал Оборн. – Сраный колдунишка ещё когда говорил о некрополе и вот, пожалуйста. Получите. Это ведь тот самый некрополь, о котором ты говорил? Это здесь запрятали Древнее Зло, или как его там?

– Возможно.

И тогда этот колодец в центре, он вовсе не колодец, а вход в Некрополь. Лестницы я там не увидел, а до верхушки купола свет не доставал. Там должно быть что-то, вроде такелажного блока.

– Это может быть случайным совпадением, – возразил Дамматрик.

Ривси пожал плечами.

– Я не фаталист. Тем более не любитель конспирологии. Нас никто не заставлял идти именно этим путём.

– Да? – возразил Оборн. – А корабль случайно выбросило на берег именно в этом месте? Течение и ветры могли бросить нас на скалы, или унести к Долгой Дуге, или обратно в Бинай, но мы оказались в пустыне.

– Тем не менее мы сами выбрали курс, поскольку он выглядел самым лёгким, – сказал Ривси.

– Вот именно что выглядел лёгким, – проворчал Оборн. – Так и устраивают западню,

Они довольно долго молчали. И всё это время Дамматрика терзала мысль, что Оборн прав и они попали сюда неслучайно. Как учили в школе на уроках логики и риторики, он придумывал контраргументы, чтобы проверить гипотезу на прочность, но все они выглядели слабыми.

Похоже Ривси занимался тем же. Во всяком случае спустя некоторое время именно он прервал молчание.

– Использование в эсхатологической схеме некоего древнего зла или даже конкретного Древнего Зла, мне представляется маловероятным, – сказал колдун. – То есть я допускаю его существование, более того, считаю весьма опасным, но вести игру со столь непредсказуемой сущностью вряд ли кто-то решится.

– Ишь, как завернул, – хмыкнул Оборн.