Вольный охотник (ТР-2)

— Я не сумел полностью уйти от удара, а когда получил рану, просто использовал ее, чтобы он поверил в свою победу.

— Я бы уделала его, не запыхавшись! — тут же сообщила всем София. А чтобы Ян в этот момент не сказал чего-нибудь, оспаривающего данное заявление, сделала первый стежок. — Что будем делать дальше? Его отец тоже замазан. Если ниточку потянуть — много чего может выползти.

— Это уже дело дяди, не наше, — отмахнулся Ян. — Пусть посылает к нему дознавателей, разбирается. Нарыв вскрыт, сейчас нужно лечение.

— Знаю я один способ лечения! — сестра закончила штопку и аккуратно обрезала нить. Тут же изобразила, как перерезает горло.

— Еще раз. Не наше дело. Мы умеем выслеживать, умеем их убивать. А вот последствия просчитать не способны.

— Говори за себя, братец!

— А нас ты когда будешь брать? — меняя тему, осведомился Никита. — Мы давно тренируемся, можем помочь.

— Не с этим дело. Будут другие, Никита. Не переживай.

— Считаешь, мы не готовы?

— Да никто никогда не готов. Все только думают, что готовы.

— Как-то не очень вдохновляюще это прозвучало, — заметила Лиза.

— Мой брат! — хмыкнула София и сделала второй стежок. — Он мастер вдохновляющих речей, да-да!

После перевязки наступила пора обеда, после которого Ян отправился писать отчет о произошедшем. Но до этого прочел несколько сообщений от симпатизирующих ему дворян Кенигсберга, выражающих надежду на то, что конфликт с задирой-оптионом завершился «надлежащим образом».

Среди писем, точнее, поверх них, секретарь, действовавший явно по распоряжению управителя имения, положил сложенный вдвое лист бумаги без адреса отправителя. На развороте было написано: «Товар забрали. Благодарим за своевременную поставку». Так Ян узнал, что Имперская Канцелярия уже забрала тело убитого им барона.

На миг ему стало немного жаль глупца, поверившего посулам Ада.

«Но он не свернул с него, когда осознал! — обрезал он сам себя. — Напротив, посчитал себя лучше других! Бедный ягненочек спокойно резал людей на подставных дуэлях и брал за это деньги! И продолжил бы это делать, не останови я его!»

Связь с Ковалем по графику должна была состояться вечером, поэтому юноша начал-таки составлять отчет об одержимом.