Кач искажённого мировоззрения

Кач искажённого мировоззрения

Коби Баялов

Глава 1

Удобряя семя зла.

Пролог

- Интересно, сразу грохнут или позволят помучиться? – Я смотрел на фиолетовое мерцание арки, поглядывая на тени приближающихся врагов.

Я всегда был бойцом — так меня воспитал отец и другим я быть не мог. Даже когда мне пришлось уйти из клуба, не было так досадно. В те далёкие девятнадцать лет я был лучшим самбистом Сибири в своей весовой категории до 74 килограмм. Однако на чемпионатах России был один мелкий, чуть выше ста семидесяти, но крепкий татарчонок из Казани, который два года подряд пил мою кровь, выбивая меня в финале разных соревнований.

 

Но те юниорские соревнования я должен был выиграть, чтобы попасть на взрослый чемпионат, минуя региональный отбор. И я почти победил, если не считать дисквалификации. Поэма сражения близилась к идеальной развязке, когда я в болевой на локоть поймал этого юркого смуглолицего басурманина. Мне было плевать, что он долбит ладошкой по моей ноге, плевать, что судья уже несколько секунд тянет за плечо, пытаясь ослабить мою хватку.

Вот он, долгожданный треск вражеских сухожилий, как подпись художника в нижнем углу картины, завершающий эпопею борьбы двух непримиримых соперников. Тогда я и вскочил, вздымая руки вверх, словно доставая седьмое небо, куда воспарила моя восторженная душа.

Но нет. Мне не дали насладиться плодами заслуженной победы, сначала влепив дисквалификацию, а потом и вовсе лишили возможности заниматься самбо – видите ли, я «нарушил спортивную этику» и «моё присутствие в клубе будет негативно сказываться на репутации клуба» – «минус два к морали» – как говорили мои друзья-заядлые геймеры свои непонятные для меня фразы, но их они почему-то веселили – я был далёк от их виртуальной жизни и очень часто слабо понимал их речь.

Сначала было немного обидно, что никто даже не попытался понять мои чувства и эмоции, но, учитывая тот факт, что, несмотря на все свои успехи, я вовсе не собирался идти по пути спортивной карьеры, особо по этому поводу не переживал. Я был бойцом, а не гладиатором.

Закончив Высшее Военное Командное Училище, помыкался полтора года, натаскивая солдат на увеличение вероятности выжить в условиях ведения боевых действий, а после решил, что с меня хватит – никто не выживет в войне 21-го века, готовясь по методичкам 20-го. Деревянные солдаты Урфина Джюса выросли и стали генералами и маршалами, но они по-прежнему остались деревянными истуканами, ничего не желавшими менять в их епархии.