Вольный охотник (ТР-2)

— Добрался-устроился? — вопросило призрачное лицо Богдана Коваля, висящее над прикроватным столиком. — А докладывать кто будет, голубь ты мой?

Ян действительно обещал по приезде сообщить об этом родичу, числящемуся его куратором от Восьмого отделения Имперской канцелярии. Но закрутился, запамятовал, да и вообще не привык еще к тому, что у него под рукой есть дорогущее устройство магической связи, позволяющее связываться с собеседником.

— Докладываю. Добрался и устроился. Документы оформил, в особняк заселился. Завтра приступлю к оформлению финансовых и прочих вопросов, — сообщил он, стараясь не зевнуть.

— По дороге никаких происшествий не было?

Относительно встречи с вестницей и боя с призраком Олельковича Эссен еще ничего не рассказывал. И сейчас задумался — стоит ли? С одной стороны, дядя действительно много для него делает (хотя и об интересах своего ведомства не забывает), с другой же — формально Ян ему не подчиненный, чтобы бежать с докладом о каждом случае. С третьей — произошедшее на болотах вряд ли малозначительная деталь, на которую можно махнуть рукой и «забыть» рассказать.

За секунду решив, что молчать не стоит и да — дело важное, юноша сухим канцелярским языком поведал о случае в болотах. От услышанного лицо собеседника, насколько это возможно при магической связи, оживилось.

— Святая? — уточнил он в конце.

— Может, мученица. Не знаю, Богдан. Лика не видел, сиянием освящен не был, а потом и Адам появился, не до гляделок стало.

— А старуха та? Ядвига, правильно? У нее не уточнял?

— Отошла бабка Ядга. Как с болот вернулся, так и нашел ее в доме.

— Исполнила, стало быть…

— Похоже на то. Сколько лет жила, чтобы весточку передать.

— Тогда больше мученица. Я подниму архивы, посмотрю, кто у нас так жил и преставился, что сразу к Господу.

Яну все эти тонкости о статусе явившейся к нему были неинтересны, но в поддержание разговора он кивнул. Затем вспомнил, что по колеблющемуся изображению лица дядя может этого и не увидеть, и добавил:

— Хорошо.

— А по самому посланию что думаешь?

Опытный аналитик уже сам сделал все выводы, но хотел, чтобы воспитанник их озвучил.

— А что там думать, Богдан? Вестница сказала об угрозе. О большой беде, если словами бабки Ядги.