Чума теней

В четыре схода он оттеснил герцога к самому края моста, а дальше герцог оступился и...

— Солбар! Дай руку, Солбар! Поверить не могу, что ты меня предал... Ты из такой знатной и достойной семьи.... Неужели змея и тебя пленила... Дай руку! Я сказал, дай руку своему сеньору, неблагодарный сквайр!

До оруженосца, кажется, только сейчас дошла чудовищность проступка — напасть на сеньора. Уронив меч, он в ужасе пятился назад, а до края моста, где висел преданный всеми герцог, дополз Краскур Длиннобородый.

— Папа, дай мне руку! Дай мне руку, папа!

Но по лицу отца Блейри понял, что руки он ему не подаст.

— Последняя просьба, папа! Воспитай своего внука! Не дай ей сгубить ребёнка, как она уже сгубила одного! Чтобы после твоей смерти он принял страну, а не она — змея лелеет такие планы. Только тогда я прощу тебя, папа, и не буду приходить во сне!

Краскур Длиннобородый мог этого не делать, пальцы уже отказывались служить Блейри, всё равно бы он не избежал падения. Но, тем не менее, Краскур достал кинжал и несколькими ударами отправил тело сына в реку.

— Я... я сделал это... своего сеньора... я — Солбар смотрел на свои руки, и всё не мог поверить, что они подняли меч на сюзерена.

— Всё в порядке, юный Солбар. Ты сделал то, что требовало твоё сердце, — сказала теперь уже вдова герцога, и обняла оруженосца.

Оруженосец вдохнул аромат её волос и успокоился. Протянул руки, чтобы прижать любимую женщину к груди, но встретил ими воздух. Любимая женщина была уже подле любовника, помогала ему перевязывать раны.

И вдруг оруженосец понял, что так будет всегда. Она будет перевязывать чужие раны, делить чужое ложе, а ему только и останутся лёгкие объятия.

— Госпожа и... господин Краскур. Дозвольте мне, как только стану рыцарем, покинуть герцогство и пуститься в странствия?

— Нашёл время, Солбар! Не видишь, Краскур истекает кровью.

Дай она тогда Краскуру истечь кровью, а потом избавься от сына, или, воспитав его так, чтобы по совершеннолетию, приняв у неё герцогскую цепь, он был бы герцогом только формально, то не пришлось бы сейчас трястись от страха, что какой-то купчишка станет первым человеком в стране.

Но коварная женщина не рискнула, решила подождать другого шанса. Солбар выглядел взбудораженным и непредсказуемым. Он мог, как и помочь убить Длиннобородого, так и обвинить, что погибший сеньор был прав — перед ними змея.

Судьба другого шанса не предоставила. Краскур охладел с той ночи к невестке. Всё время проводил с внуком.