Пёс императора

Без людей. Что тебе не понятно?

— Но… Она же бывала в деревнях… — Райс продолжал оправдываться по инерции, понимая, что Тиэррэ прав, а он ещё больший идиот, чем думал. Ему же до сих пор эта мысль и в голову не приходила. Что с того, что разбитные девицы , которым только подмигни, и они уже на всё готовы, одеваются скромнее Айры? Кого ей в своей глуши стесняться? Мужская одежда просто удобнее для ходьбы по лесу, а чужое мнение её не интересует.

— Дошло? — с сочувствием спросил лекарь, наблюдая, как меняется выражение лица мага.

— Дошло.

— Ты хоть ей ничего не сделал?

— Нет! — вскинулся Райс и спросил:

— Где она?

— Ушла сразу, как узнала, что с тобой всё будет в порядке.

— Я тоже пойду.

— Куда?

— Исправлять то, что натворил.

— Давай, ты через часик пойдёшь? Как раз вся дурь из головы выветрится. А то, чего доброго, исправлять придётся в два раза больше, чем есть сейчас.

— Нет, — маг упрямо покачал головой, выбираясь из кровати, — я в порядке. Где моя одежда?

— Там, — лекарь кивнул табуретку за изголовьем.

Одежда оказалась его собственной, но совсем не той, в которой он был вчера.

— Тари принёс, — ответил на невысказанный вопрос Тиэррэ.

— Спасибо ему, — буркнул Райс, торопливо одеваясь под пристальным взглядом лекаря.

В голове прояснилось, движения выходили чёткие и выверенные. Мышцы, перетруженные вчерашними подвигами, отзывались лёгкой крепатурой — намного меньше, чем обычно после усилений и ускорений. Тоже эффект от крови перевёртыша.

— Райс!

Окрик остановил, когда он уже взялся за ручку двери.

— Что?

— Удачи.

Айры дома не оказалось. Как, впрочем, и всех остальных. Ничего удивительного — середина дня, у всех есть чем заняться. А вот Айра могла бы и отдохнуть после бессонной ночи. Можно, конечно, дождаться вечера, но поговорить хочется сейчас, пока не растерял решимости, а ещё желательно поговорить без свидетелей, которых вечером будет полный дом. А значит, нужно найти её поскорее. И Райс даже примерно догадывался, где она может быть.

Айра не находила себе места. Облегчение, захлестнувшее с головой, при известии, что жизнь Райса вне опасности, мешалось с виной, благодарностью и страхом. Сон не шёл, видеть никого не хотелось, разве что обнять хозяина леса, ощутить его любовь и поддержку. Он принимает её любой и ничего не требует взамен. А она всегда считала, что другая любовь ей не нужна.