Синий, как море

Но, мой принц, прекрасный стол можно соорудить серебцов за шесть‑семь…

– Идем, – твердо сказал я. – Соорудишь мне прекрасный стол на двоих. Серебцов за двенадцать‑четырнадцать.

Орбен на секунду задумался.

– Со сдачей как бы не задержаться. С таленга восемнадцать золотых с серебром… Ну да ладно, растрясем хозяйскую кубышку.

– Погоди, – встревожился я. – Мне бы не хотелось, чтоб меня узнали. А то спокойно поесть не дадут.

– Дадут, – спокойно и убежденно сказал Орбен. – Кто ж к принцу осмелится приставать без дела? А в кабачке – какие дела могут быть?.

– И все‑таки…

– Не обессудьте, ваше сиятельство, но никто вас там не узнает. Вы же, я прошу прощения, на людях отродясь не показывались в собственном обличье. Еще в Дианаре – да, пожалуй; кто‑нибудь мог и узнать. А в Ранскурте, вы уж не обижайтесь…

– Ну, это хорошо как раз, – сказал я. – А плащ?

– А плащ вы на входе сбросите – и все. Подходит?

– Да чего там, – я махнул рукой. – Идем.

Таверна была недалеко – кварталах в четырех от дома коменданта.

Девять широких ступенек, уходящих вниз, в подвал, – мечта пьяницы, на каждой выспаться можно – привели нас к прочной деревянной двери, окованной железом. Орбен нажал на рычаг, уходящий в каменную стену. С противоположной стороны весело забренчала какая‑то железка. Не колокольчик, не гонг – так, сковородка.

Дверь распахнулась почти мгновенно. Перемазанный шелковичным соком малец лет восьми высунул мордочку в проем и почтительно уступил нам дорогу, гордо пряча за спину хайранакский арбалет. Тут же выскочил крошечный тощий человечек с остреньким личиком и засуетился перед нами, делая приглашающие жесты.

– Снова в Ранскурте, сударь Орбен! Рад, безмерно рад вас снова видеть у себя! Лестно знать, что старые клиенты нас помнят! И товарища с собой изволили привести? Уж постараемся, постараемся не ударить в грязь лицом.

– Сделай нам стол, добрый Рана, в тихой сторонке, – дружелюбно говорил Орбен, минуя вслед за хозяином повороты уютного коридорчика, отделанного темным деревом. – Мы поужинаем, выпьем вина и пива, затем отдохнем после ужина. Порадуй моего достопочтенного покровителя своим искусством.