Век героев

– Я тоже виноват! – Геракл торопливо встал рядом с другом.

– И это верно, – так же холодно согласился Хирон.

Отошел в сторону, освобождая выход, и коротко приказал:

– Ступайте отсюда – оба! Подождите снаружи.

Геракл и Иолай вышли из пещеры, обменялись убитыми взглядами, дружно вздохнули и уставились в землю.

– Может, на этот раз он нас все-таки высечет? – с робкой надеждой пробормотал Иолай.

Геракл помотал головой, но не успел ничего ответить, как из пещеры донесся властный оклик Хирона:

– Идите сюда!

Мальчишки так быстро рванулись на зов, что столкнулись плечами на пороге пещеры, однако вопреки их надеждам наставник поджидал их не с розгой, а всего лишь с двумя одинаковыми глиняными киликами[3] в руках.

– Пейте! – коротко приказал кентавр.

Зарвавшиеся герои даже не посмели ни о чем спросить, торопливо взяли килики, залпом выпили налитую в них воду...

– Пойдемте, – Хирон первым вышел из пещеры и остановился на крутом склоне задом к тропинке, лицом к своим ужасно виноватым ученикам.

– Что ж, – глядя поверх мальчишечьих голов, холодно проговорил он. – Пора проверить, что вы выучили о «поцелуе химеры». Скажите, как быстро действует этот яд?

Геракл и Иолай удивленно переглянулись.

– Человека он убивает за то время, за какое его тень удлинняется на пол-стопы, – после короткого раздумья ответил Геракл. – А кентавра...

– Сейчас речь идет только о людях. Точнее, об одном из них. Надеюсь, вы помните, какая трава служит противоядием к «поцелую»?

– Хирон.

– В одном из них была родниковая вода, – все так же глядя поверх его макушки, бесстрастно ответил кентавр.

Теперь и Иолай побелел, как молоко, и несколько раз быстро облизнул губы.

– А в другом? – тонко спросил он.

– Спроси об этом Геракла! Он же всегда все помнит и знает. А еще лучше спроси у него, как выглядит противоядие к «поцелую химеры»!

Поправив на боку холщовую сумку, Хирон рванул галопом наискосок вниз по склону холма – без тропинки, сквозь заросли высокой травы, сквозь облака взвивающихся из травы белых мотыльков-однодневок.

– Подожди, куда ты?! – завопил Иолай, бросаясь вдогонку. – В которой посудине был «поцелуй»?! Хирон, подожди, вернись!!! Хиро-о-о-он!..

– Иолай!

Этот возглас остановил его на середине склона. От Хирона к тому времени остались только тучи суетливых мотыльков, и Иолай, укротив стучащие зубы, бегом вернулся обратно к пещере.