Век героев

А мне бы очень хотелось, Геракл, чтобы ты дожил до того времени, когда я смогу похвастаться перед внуками, что ты был моим учеником, – Автолик вдруг, как взрослому, крепко сжал Гераклу предплечье.

– Может, останешься еще хотя бы на месяц, Автолик? – жалобно попросил тот.

– Правда-правда, останься! – подхватил Иолай. – Я уже почти придумал игру еще поинтереснее той игры со скорлупками!

– До свиданья, Иолай! – сын Гермеса с улыбкой положил руку на плечо третьему своему ученику. – Приходите с Гераклом ко мне в гости на Эфирский Истм, тогда мы с тобой обязательно пустим по миру всю округу! А заодно я познакомлю вас с дочкой, она у меня уже сейчас настоящая красавица!

Эфирец подмигнул, быстро обнял Иолая и вышел, не дав ему времени, чтобы ответить.

– Ну вот, теперь нас будет гонять по перистилю только Кастор, – после долгого молчания пробормотал Геракл. – Диоскур, конечно, отлично знает свое дело, но с ним никогда не бывает так весело, как с Автоликом, правда, Иолай?

– Знаешь, а он прав, – посмотрев на друга снизу вверх, непривычно серьезно сказал Иолай.

– Если в бою тебе попадется противник вроде Ификла, он не станет тебя жалеть, как ты его жалеешь. Неужели тебе трудно нанести один-единственный настоящий удар вместо того, чтобы тратить время на эти твои дурацкие броски и перехваты?

– Я... Да, мне трудно! – признался Геракл. – В ударе я не могу сдерживать силу так, как в броске, а я не хочу кого-нибудь покалечить!

– Понятно, – глядя на упрямое лицо сына Зевса, кивнул Иолай.

– Что ж, надеюсь, когда ты начнешь выкидывать свои штучки в настоящем бою, я успею вовремя оказаться рядом!

Ификл и вправду никогда никого не щадил, и меньше всех других он щадил Геракла.

В последнее время он все чаще в открытую нарывался на драку – и лишь потому, что полубог во всем старался уступать брату, они никогда не сцеплялись друг с другом вне пределов палестры. Зато с другими мальчишками Ификл дрался по нескольку раз на дню, а однажды Иолай подслушал разговор Амфитриона с немногословным юным этолийцем Кастором.

– Я побывал во многих сражениях, Амфитрион, – негромко говорил Кастор (его слова звучали отчетливо и резко, как звон его подкованных крепид по камням двора, где он прохаживался рядом с полемархом). – Я видел, как бойцы вырывали друг другу кишки зубами, я видел, как люди пьянели от вкуса крови, слизывая ее с меча...