Век героев

– Мы поиграем с Аргием и Меланом!

Ликимний, не оборачиваясь, благодарственно поднял руку – и исчез за воротами... Скорее всего, до утра.

Младший брат Алкмены и впрямь куда меньше времени проводил с семьей, чем со своими шалопаями-дружками в разных недостойных женатого мужчины развлечениях, зато он был веселым и добрым, с ним Иолаю всегда было легко и просто... Не то что с мрачным молчаливым Амфитрионом, который старался вообще не замечать навязанного ему силой второго приемного сына.

Жена полемарха Алкмена, наоборот, всегда была с приемышем приветлива и добра (так же, как с детьми всех своих служанок и рабынь) – но она была такой величественной и такой ослепительно-прекрасной, что у Иолая никогда не хватало духу даже мысленно назвать ее мамой. И он только с порога комнаты иногда мгновенье-другое смотрел, как Алкмена ласкает Геракла, который в отличие от Ификла никогда не стеснялся забежать в гинекей и примоститься у материнских ног.

Что ж, зато Иолай всегда мог точно так же приласкаться к веселой говорливой толстушке Галантиаде.

У этой любимой служанки Алкмены было, правда, двое своих сыновей, но ее доброты с избытком хватало и на "несчастного сиротку", которого она отмывала в ванне в первый день Апатурий, охая и причитая над его синяками, ссадинами и торчащими ребрами. Иногда Иолаю казалось, что Галантиада любит его даже больше своих сорванцов – иначе почему она все время норовила подсунуть ему лишний вкусный кусок?

"Несчастный сиротка" с удовольствием лопал все, что ему давали, но продолжал оставаться худым и низкорослым.

..

Но рост и сила – это было все, в чем он невольно уступал Гераклу, в остальном же он до крови из носу, до растянутых жил, до потери сознания старался быть не хуже богоравного сына Зевса!

Раз Геракл с восьми лет учится управлять колесницей – значит, и он должен уметь ею управлять!

И вскоре Амфитрион был вынужден признать, что у его нового пасынка настоящий талант колесничего, что если этот недоросток не свернет себе шею из-за своей безрассудной лихости, он вскоре обойдет на любой дороге и Ификла, и Геракла, да, пожалуй, и его самого.

..

Раз Геракл умеет перепрыгивать через ручей у Холма Оленя – значит, и он, Иолай, тоже должен через него перепрыгнуть!

И ничего, что пока каждый третий его прыжок заканчивался падением в ручей и ворчанием Хирона из-за его промокшей одежды.