Век героев

Мальчишки ловко пробирались сквозь шумную толчею, но Геракл то и дело останавливался, чтобы с кем-нибудь поздороваться (ему приветливо отвечали не только ровесники, но и взрослые мужчины, и даже важные седобородые старики), а Иолай через каждые несколько шагов застревал то перед килкойей[2] с оружием, то перед фокусником, заглатывающим острый меч, то перед знахарем, пронзительно расхваливающим заморские зелья и демонстрирующим их чудодейственные свойства на своем терпеливом помощнике.

Зеваки мгновенно забыли про фокусника и столпились вокруг пасынка полемарха – еще бы, никакой фокусник не смог бы проделать то, что проделал этот десятилетний малыш!

Иолай, пораженно приоткрыв рот, смотрел, как его товарищ легко приподнимает край тележки, которую только что с трудом тащил здоровенный мул: в Долине Лани один-единственный пифос с зерном всегда поднимали двое взрослых мужчин, да и то, если им на помощь приходил еще третий! Но пока торговец надевал обратно слетевшее колесо, Геракл преспокойно удерживал на весу впятеро больший груз, и было видно, что ему гораздо легче держать тележку, чем выносить восхищенные взгляды толпы и слышать возгласы, прославляющие божественную силу сына Алкмены.

Наконец чека встала на место, и тогда мальчишка рядом с Иолаем завопил так громко, что даже сонный мул торговца задергал ушами.

– А ты знаешь, кто это? – гордо сказал Иолай крикуну. – Это – мой брат!

– Ты сдурел, что ли, недомерок? – презрительно фыркнул мальчишка. – Это же сам Геракл!..

...Сын Зевса вырвался от исходящего благодарностями торговца и очутился между Иолаем и мальчишкой в тот миг, когда они уже собирались броситься друг на друга.

– Что случилось? – распихивая противников в стороны, быстро спросил он. – Что вы не поделили?

– Геракл, да этот придурок говорит, что он твой брат! – заискивающе наябедничал мальчишка.

– Он правильно говорит, – спокойно откликнулся Геракл, взяв Иолая за руку.